The Tudors / Тюдоры

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » The Tudors / Тюдоры » 1509-1533 » Глас вопиющего в пустыне


Глас вопиющего в пустыне

Сообщений 1 страница 15 из 15

1

1531 год.
Положение королевы Екатерины становится все более шатким. Ее отказ признать незаконность своего брака с Генрихом Тюдором приводит к тому, что королева становится отшельницей в собственном доме. Она не может видеться с дочерью и понимает, что ей грозит отлучение от двора. Не желая мириться с унижениями, Екатерина пишет своему могущественному племяннику, Карлу V. Но этому письму не суждено добраться до получателя...

Участники: Екатерина Арагонская, Элизабет Стаффорд (профиль Судьба), Томас Норфолк

0

2

- Господи, помоги мне! Молю тебя, помоги мне, ведь мои страдания непереносимы!
Страстная мольба исходила из уст никого иного, как признанной королевы Англии и законной супруги монарха Екатерины Арагонской. Женщина тяжело поднялась с колен и подошла к окну. Начинался новый день; для кого-то он знаменовал удовольствия и новые свершения, а кому-то сулил лишь новые беды и разочарования. К последним Екатерина с грустью причисляла себя и не переставала поражаться тому, как круто успела за это время измениться ее жизнь. Она не верила в случай, за который нужно хвататься зубами и буквально вырывать свое счастье из рук других, скорее набожная испанка видела во всем волю Господа, который посылал милости ради своей любви к людям и наказания за их грехи.
"Но чем, чем согрешила я? Разве я не старалась во всем быть послушной мужу, любящей и верной супругой и справедливой королевой для народа Англии? За что я теперь терплю эти муки?" - эти вопросы терзали королеву чаще, чем она могла бы вынести, однако ответа на них, по всей видимости, не существовало.
Впрочем, теперь было не время печалиться и молиться, необходимо было действовать решительно. Недавний разговор с леди Анной и последовавшая ссора с супругом из-за пустяковых сорочек показали, что пути назад нет, Генрих уже не вернется, и задача королевы теперь - обеспечить безопасное положение для себя и принцессы Марии. Именно это было главным предметом тревог Екатерины. Последние слова мужа о том, что она может отправляться к Мэри и остаться там навсегда, не выходили у королевы из головы. Это было слишком похоже на угрозу изгнания, чтобы пропустить такие речи мимо ушей, списав их на бурный темперамент английского монарха.
"Медлить нельзя, но кто защитит меня? Кто не побоится встать на мою сторону и перечить королю? Конечно же, только тот, кто не отделяет мои интересы от своих и не обязан исполнять повеления Генриха. Император."
Екатерина быстрым шагом прошла к дверям и велела сидевшим во внешних покоях фрейлинам никого к ней не пускать. Затворив дверь, она присела за стол и начала торопливо писать взволнованное письмо племяннику.

Лондон, Уайтхолл, 1530

Мой дорогой Карл,

Прошу простить меня за пренебрежение вежливостью, но меня оправдывает лишь то, в каком отчаянии я пишу Вам. Мое положение при английском дворе никогда не было столь плачевным, как теперь. Его Величество не только открыто пренебрегает мною, но и велит всем оказывать этой вознесшейся фрейлине, Анне Болейн, почести, которые более подобало бы оказывать мне, его законной супруге. Боюсь, с любовью короля я лишилась и поддержки остальных, никто не смеет вслух противиться монаршьей воле. Мне прискорбно говорить это, но мой супруг превращается в тирана...
Вы уже, верно, знаете, что король требует от меня развода. Я во всеуслышание заявила, что никогда добровольно не соглашусь на аннулирование нашего брака, ибо все эти годы никто, и в первую очередь, сам король, не ставил под сомнение его законность и святость. Благодаря поддержке Его Святейшества дело короля не сдвинулось с первоначальной точки, но это приводит Генриха в ярость, и он избрал крайне жестокий способ принудить меня к разводу. Мне не дозволяют ни видеться с нашей дочерью, принцессой Марией, ни передавать ей каких-либо посланий. Мне доложили, что Мэри больна и нуждается во мне, сама мысль о том, что моя дочь одна, разбивает мне сердце, но я не могу покинуть дворец, иначе мне уже не придется туда вернуться. На днях король прямо предложил мне отправиться в замок, где содержат Марию, и остаться там...
Я не чувствую себя в безопасности даже будучи в стенах Уайтхолла, ибо теперь никто, кроме милорда Шапуи, не поручится за меня, все заискивают перед Анной Болейн и ее семейством. Поэтому я прошу Вас, дорогой Карл, о помощи и защите, которой не могу получить в своей стране. Молю Вас, употребите свое влияние, чтобы не допустить дальнейших унижений, которым в Англии подвергают королеву! В противном случае я останусь совсем одна и буду брошена собственным мужем на растерзание болейновской своре...
Уничтожьте это письмо сразу же, как прочтете. И помните, Ваше Императорское Величество, в Ваших руках сейчас не только моя жизнь, но и жизнь принцессы Марии, наследницы английского престола. Мне не на кого положиться, кроме Вас.
Искренне любящая,
Екатерина Арагонская, королева Англии

http://s1.uploads.ru/DStdG.jpg

Запечатав письмо своей личной печатью, Екатерина стала раздумывать, кому можно было бы поручить столь опасное дело, как отправка письма императору. Стоит довериться не тому человеку, и шпионы Болейнов уже через час будут читать это письмо на всех углах, а за слова, что написаны в нем, можно отправиться прямиком в Тауэр по обвинению в измене. Выбор королевы после недолгого раздумья пал на ее союзницу в стане врага, супругу герцога Норфолка. Она уже проявила себя как леди, всецело разделяющая убеждения Екатерины и готовая помочь ей во всем. Поэтому королева велела послать за герцогиней. Фрейлина присела в реверансе и скрылась, а Екатерина вновь медленно подошла к окну и взглянула вниз, на дорогу, извивающуюся на лугу неподалеку от замка. "Если бы я только могла сесть в экипаж и отправиться к моей дорогой Мэри... Прости меня, дорогое мое дитя, видит Бог, больше всего я хотела бы быть сейчас с тобой. Но я не должна оставлять супруга, это наш единственный шанс сохранить то немногое, что у нас осталось. Храни тебя Бог, любимая моя... Храни тебя Бог..."

+4

3

Элизабет Стаффорд и еще несколько фрейлин королевы находились во внешних покоях Ее Величества, не смея тревожить свою госпожу во время утренней молитвы. С каждым годом королева Англии становилась все более набожной. Первые годы все знали, что королева просит у Девы Марии дать ее лону зачать сына, а теперь никто не сомневался, что королева Англии молится Господу о том, чтобы ее муж, Генрих Тюдор, одумался и, оставив Анну Болейн, вернулся к законной супруге. Большинство придворных с сочувствием смотрели на Арагонскую, но молчали, предпочитая плыть по течению и не делать ничего, живя сегодняшним днем. Более проворные, почувствовав огромную силу, которую приобрел клан Болейнов, отворачивались от Екатерины и теперь оказывали почтение и уважение мистрис Болейн, надеясь, что когда эта женщина займет место нынешней королевы, она не забудет тех, кто ее поддерживал. Но были еще при Дворе и те люди, которые оставались верны Екатерине Арагонской и были готовы помогать ей и поддерживать ее. К последним, как ни странно, и относилась супруга герцога Норфолка. Будучи родственницей Анны Болейн, Элизабет могла бы уже сейчас пользоваться привилегиями при дворе, припоминая всем, какое близкое отношение она имеет к той, которую король вот-вот усадит на трон рядом с собой. Но герцогине претила только сама мысль о том, что когда-нибудь племянница ее супруга будет именовать себя королевой.
Та семья, в которой оказалась Элизабет, так и не стала для нее родной. Алчные, амбициозные, коварные и расточительные. Леди Стаффорд была слишком другой, чтобы найти среди этих людей себе место.
Дежурная фрейлина, внезапно появившееся во внешних покоях, передала Элизабет, что ее желает видеть королева. И Леди Стаффорд почувствовала на себе задумчивые взоры. Королева Англии желает видеть у себя родственницу своего главного врага. Зачем? Хочет передать через нее послание Болейнам? Или же кроткая герцогиня имеет секреты от своей семьи? Не смотря на то, что за внешней скромностью и молчаливостью, скрывался сильный и мужественный характер, Элизабет все равно испытывала испуг, что кто-нибудь из сторонников Болейнов донесет Норфолку, что его супруга действует против него. От Томаса Говарда в таком случае можно было ожидать чего угодно.
Глубоко вздохнув, отгоняя от себя мысли о ненавистном муже, герцогиня поднялась с кресла, оправила платье и медленным шагом прошла во внутренние покои, где находилась королева.
-Ваше Величество, - оказавшись перед своей госпожой, Элизабет присела в глубоком почтительном реверансе

+2

4

Леди Стаффорд появилась в покоях королевы почти бесшумно, почтительно поклонилась и поприветствовала Екатерину негромким, ровным голосом. Как же королеве нравилась эта леди! За внешней скромностью и безропотностью скрывалась невероятная стойкость и решимость, которую герцогиня уже не раз проявляла в деле, помогая на свой страх и риск опальной королеве. Желание оградить ее от возможной опасности боролось в душе Екатерины с жаждой довести свое дело до конца, поэтому заговорила она не сразу, а после минутного колебания. Подойдя поближе к леди Стаффорд, она произнесла:
- Миледи, Вы всегда имели репутацию дамы, чье слово никогда не расходится с делом, а убеждения не меняются в зависимости от того, кто сейчас у власти. Вы знаете, как я дорожу Вашей преданностью, и буду с Вами откровенна: кроме Вас, из ближайшего окружения мне почти некому довериться.
Екатерина сделала паузу и отвела взгляд, борясь с волнением. Ей было трудно решиться и наконец изложить Элизабет свою просьбу. Именно просьбу, ведь она не чувствовала себя вправе приказать леди Стаффорд, да и кому бы то ни было, рисковать своим положением, а то и жизнью, ради нее. Но другого выхода не было, поэтому королева вновь взглянула на придворную даму, и с тяжелым вздохом наконец перешла к делу:
- То, о чем я хочу просить Вас, сопряжено с риском, и я не неволю Вас, если Вы откажетесь мне помочь. Дело в том, что я написала письмо своему племяннику в Испанию, но не хотела бы, чтобы его содержание стало кому-либо известно. Я обращаюсь к Вам, потому что полагаю, что вряд ли кто-то станет искать письмо у Вас - ведь вы из семейства Говард...
Против воли Екатерины в ее голосе слышались мольба и страх. Тяжело сознавать, что последняя надежда может не оправдаться.

+3

5

Голос королевы заставлял сердце биться учащеннее. Оставляя где-то глубоко в мыслях страх, Элизабет утвердительно кивнула головой и сделала несколько шагов, приближаясь к Екатерине.
-Ваше Величество, я не смею отказать Вам, - воодушевленно произнесла герцогиня и резко замолчала, испугавшись, что сие было сказано слишком громко. Как известно и у стен в Уйатхолле могут быть уши. Особенно у тех стен, что находятся в комнате опальной королевы.
А еще там, за дверью, тоже враги и сторонники Болейнов и Говардов. Они могут подслушивать, подсматривать, а потом доносит все графу Уилтширу, его сыну, герцогу Норфолку или самой госпоже Анне Болейн. Этого допустить было нельзя, поэтому последующие слова Леди Стаффорд произносила почти шепотом.
-Я помогу Вам. Вы можете полностью доверять мне, Ваше Величество. Я смогу передать письмо в кратчайшие сроки. Не переживайте, оно попадет в руки Его Императорского Величества, и он найдет способ помочь Вам. 
Элизабет глубоко вздохнула, пытаясь успокоиться. Но все, что здесь происходило, было очень волнительно. Страх за королеву и себя, перемешивался с радостным осознанием того, что у нее, наконец, будет шанс доказать свою верность Арагонской и помочь. Помочь не только словом, как это было до сих пор, но и делом.

+1

6

Благодарю Вас, миледи! - Екатерина испытала несказанное облегчение, услышав утвердительный ответ герцогини. Она быстро подошла к письменному столику и взяла с него конверт, после чего, помедлив, направилась в другой угол комнаты и вынула из шкафа два тяжеловесных старинных кубка, давнишний подарок им с Генрихом от одного из иностранных гостей. От долгого хранения серебро потускнело, и кубки выглядели далеко не так изысканно, как в день вручения. Королева подошла к леди Стаффорд и вручила ей письмо.
- Прошу Вас, отправьте его как можно скорее, чем дольше оно будет находиться у Вас, тем больше риск, что кто-то его обнаружит. И проследите, чтобы доставкой послания занялся надежный человек. - Екатерина подождала, пока Элизабет спрячет письмо, а затем протянула ей кубки:
- Вот, возьмите. Велите отдать их в чистку - никто не должен заподозрить, что у нас с Вами могут быть какие-то общие дела. Я не забуду Вашей доброты и позабочусь о Вашей награде. А теперь ступайте... Екатерина вместе с придворной дамой подошла поближе к двери и значительно громче добавила: - Я не потерплю нерадения. Все вещи в моих покоях должны содержаться в идеальном состоянии, использую я их в настоящий момент или нет. Запомните это и передайте остальным. Я не собираюсь повторять дважды.
Королева надеялась, что ее мнимое недовольство фрейлинами отвлечет их от обсуждения того, почему леди Стаффорд провела столько времени в королевских покоях.

+2

7

Элизабет понимающе кивнула королеве. Идея с серебряными кубками была как нельзя кстати. Теперь сторонники Болейнов, которые наверняка были и среди фрейлин Ее Величества, ничего не заподозрят, чтобы донести на герцогиню Норфолк ее супругу.
Сделав реверанс, Элизабет спрятала письмо и вышла из внутренних покоев Екатерины Арагонской. Как она и думала, вместо подозрительных взглядов она почувствовала на себе взгляды полные сочувствия. А в дальнем углу комнаты и вовсе слышался шепот: «Надо же, Его Величество уже и из дворца ее гонит, а она все еще строит из себя королеву».
Герцогиня еле сдержалась, чтобы не подойти к этим дамам и не вступиться за Ее Величество. Пытаясь даже не смотреть в их сторону, она молча покинула комнату. А менее чем через час Элизабет уже сидела в экипаже, который направлялся в Лондонский дом Томаса Говарда.
По приезду, ее встретила верная служанка, Мадлен – тучная женщина в возрасте.
-Ваша Светлость, Мария больна. У нее ночью поднялся жар, и мы так ничего и не смогли сделать. Герцог только что послал за лекарем, - голос служанки дрожал, сама она была уже готова расплакаться.
Сердце Элизабет стало учащенно биться. Подобрав платье, она почти бегом направилась к покоям своей юной дочери, но, вспомнив о поручении королевы, резко остановилась.
-Мадлен, возьми эти кубки – их нужно привести в должное состояние. И смотри аккуратнее, они принадлежат Их Величествам. И еще, - поставив кубки на стол, герцогиня достала из корсажа платья сложенный конверт и, приблизившись к служанке, прошептала: -Спрячь это письмо в надежное место, чтобы никто не нашел его.
Отдав письмо в руки Мадлен, герцогиня развернулась и вошла в комнату к Марии.

+2

8

Томас Норфолк был обеспокоен здоровьем своей юной дочери Марии. У неё был жар, и она в полусознательном состоянии лежала в постели. Герцог уже успел послать за лекарем и, ожидая его, зашел в покои своей дочери и сел в кресло недалеко от её кровати. Так он просидел около получаса, пока не прибыла его супруга Элизабет. Вбежавшая в покои женщина тотчас бросилась к своей дочери, не сказав ни слова мужу. Норфолк поднялся и направился к двери, лишь бросив своей супруге:
- Думаю, ты будешь рядом с Марией, пока не прибудет лекарь. С этими словами он вышел из комнаты. Идя к своим покоям по коридору, он думал об отношениях со своей супругой. То, что они не ладили было мягко сказано. Да они практически ненавидели друг друга! Когда-то он относился к ней хорошо, несмотря на её холодность. Однако же, когда Элизабет начала всем жаловаться на мужа, на то как ненавидит его, терпение Норфолка закончилось. Герцог завел любовницу и на зло жене стал с ней открыто сожительствовать. Ну а то, что герцогиня не желала принимать сторону Анны Болейн и продолжала помогать Екатерине Арагонской, окончательно убило их отношения.
Проходя мимо покоев своей супруги, он краем глаза заметил, что дверь приоткрыта, а в покоях кто-то находится. Он остановился и присмотрелся. В покоях находилась женщина, одна из служанок герцогини. Она суетливо ходила по комнате, то открывая сундук, то осматривая вещи на дубовом столе, словно искала что-то. Увидев, что женщина всё же остановилась на сундуке, не то взяв нечто оттуда, не то положив.
Либо это женщина пытается что-то украсть, либо же спрятать, - подумал герцог. Заметив, что служанка собирается уходить, он быстро отошел от двери, и зашагал прямо по коридору, делая вид, что не обратил внимание на только что покинувшую покои его супруги женщину. Герцог всё менее отчетливо слышал её шаги, после чего, осознав, что она уже далеко, развернулся и направился в покои Элизабет, при этом оставшись незамеченным. Томас Говард подошел к столу, осмотрев лежащие на нём вещи. Он взял в руки золотое ожерелье с рубином, оставленное здесь его женой. Усмехнувшись, он положил его на место.
Нет, вряд ли эта женщина что-то украла. В первую очередь она взяла бы это украшение.
Придя к такому выводу, герцог сразу подошел к сундуку и открыл его. В сундуке лежали ткани различных цветов, рукава, платья, сорочки. Перебирая эти вещи, он пытался найти то, что по его мнению могла здесь спрятать служанка. И тут он наткнулся на плотный лист бумаги. Тотчас же достав его, он увидел, что это плотно сложенный конверт.
Хм, интересно.. - подумал он. Оглянувшись по сторонам, он решил, что будет лучше вскрыть его в другом месте. После этого Норфолк быстрым шагом направился в свои покои. Зайдя в комнату, он опустился в кресло и начал с любопытством разглядывать конверт. Вскрыв его, он увидел письмо,...адресованное императору!
Прочитав его дважды, Томас Говард покачал головой.
Сколько раз я тебе говорил, Элизабет, не вмешивайся в это дело! И тут внезапно его раздражение сменилось другим чувством. В голове его уже начал созревать очередной план.
Нужно сделать так, чтобы Элизабет не  успела предупредить Екатерину Арагонскую о том, что её письмо попало ко мне в руки.
Аккуратно сложив и спрятав письмо, герцог подозвал к себе слугу.
- Пойди скажи моей супруге, что мне необходимо с ней поговорить. Немедленно! - приказал он, после чего молодой человек сразу же удалился. Герцог Норфолк даже не заметил, как мысли о письме и новом плане вытеснили из его сознания мысли о больной дочери.

Отредактировано Томас Норфолк (2012-20-10 15:20:10)

+3

9

В это время в поместье Говардов, наконец, прибыл лекарь. Старый седовласый мужичина стоял около кровати и задумчивым взглядом рассматривал больное дитя. Элизабет, нервно теребя пальцами платье, наблюдала за этой картиной. Молчание, воцарившиеся в комнате Мэри, не на шутку пугало женщину. Просто жар, который пройдет через пару дней? Или, не дай Бог, серьезная лихорадка? Неужели что-то может угрожать этой юной малышке? Герцогиня уже была готова сорваться и в панике начать расспрашивать лекаря, хоть тот и попросил время, чтобы точно установить причину недомогания Марии.
Внезапно в комнате появился слуга. Он осторожно подошел к хозяйке дома и почти шепотом, боясь нарушить тишину и сбить лекаря с мыслей, оповестил хозяйку дома, что муж немедленно требует ее к себе. На вопрос, что же такого произошло, юноша лишь пожал плечами.
Еще раз посмотрев на свою дочь, которая в бессознательном состоянии лежала в своей кровати, Элизабет все же покинула ее комнату и направилась в покои мужа.
«Бессердечный! И как он может так со мной поступать!? Заставлять покидать дочь, когда она так нуждается во мне!?» - на самом деле Мария нуждалась лишь в помощи лекаря и хороших слуг, которые могли бы обеспечить ей должный уход. Но Леди Стаффорд была матерью, и этим объяснялось все: и нервозность, и ее недовольство поступком мужа, и безграничный страх за дочь.
-Милорд, - Элизабет прошла в покои мужа и тут же ощутила на себе его суровый взгляд. Внутри все содрогнулось то ли от страха, то ли от ненависти. – Вы желали видеть меня? Что-то случилось? Лекарь уже прибыл и осматривает Мэри. И я бы хотела быстрее вернуться к ней. Вы же понимаете, что наша дочь очень больна и ей нужны уход и материнская ласка.

+2

10

Мария?..Ах, как же я мог забыть о ней.., - пронеслось в мыслях у герцога, когда он услышал слова супруги. Он провел ладонью по лицу, словно снимая незримую паутину, и как-то устало вздохнул.
- С Мэри сейчас лекарь, там ты всё равно лишь мешаешь ему. В любом случае, я задержу тебя не на долго, - сказал он, не глядя на супругу. Он не предложил ей сесть, хотя сам раскинувшись сидел в кресле. Норфолк посмотрел ей прямо в глаза, при этом в его взгляде было нечто пугающее.
- Элизабет, мне хорошо известно, что ты всё ещё поддерживаешь Екатерину Арагонскую в вопросе с разводом Его Величества и соответственно не разделяешь моего мнения на этот счёт, - начал говорить он холодным и довольно тихим голосом, который, впрочем, становился всё более громким с каждым словом, -однако сколько раз...сколько раз я просил тебя не вмешиваться в это дело?! Сколько раз?! - буквально прокричал он последнюю фразу, вскочив с кресла. Обойдя его, он облокотился на спинку кресла.
- Но ты снова меня ослушалась, - произнес он уже несколько тише, сверля глазами свою жену. Отойдя от кресла, он прошелся по комнате.
- Вздумала помогать Екатерине Арагонской, приходясь родственницей Анне Болейн, - бормотал герцог Норфолк, не адресуя это ни своей жене, ни кому-либо ещё.
После этого он остановился и вновь впился глазами в жену, мысленно проклиная тот день, когда настоял на свадьбе с ней.

+2

11

Элизабет глубоко вздохнула, пытаясь держаться и ни в коем случае не показывать супругу свой страх. А было, действительно, страшно. То, что герцогиня не поддерживает Анну Болейн, а, значит, и своего мужа, она никогда, собственно, не скрывала. Но вот то, что муж решил это заметить в очередной раз именно в тот день, когда она должна была передать письмо королевы Екатерины, очень настораживало.
«Неужели, Мадлен попалась!?»
-Прошу заметить, милорд, что родственником госпоже Болейн приходитесь Вы. Я же, лишь только Ваша жена, и никого кровного родства с Вашей племянницей, к счастью, не имею, - с холодной дерзостью, смотря прямо в глаза мужу, ответила Леди Стаффорд. Но тут же пожалела об этом. Надо было, наоборот, лучше бы уверить герцога в полной своей непричастности. Но до чего же было невыносимо стоять здесь рядом с этим жестоким лицемерным человеком. А о том, что нужно изображать покорность, и вовсе было противно думать. Поэтому, как только минутные сомнения оставили герцогиню, она тут же продолжила всем тем же надменным тоном:
-Но Ваше очередное недовольство, мне совершенно не ясно. И вместо того, чтобы дать мне побыть рядом с больной дочерью, Вы задерживаете меня здесь, чтобы обвинить в том, чего я не делала. Я никуда не вмешивалась, Ваша Светлость. И хоть никогда не скрывала, что у меня нет желания поддерживать Леди Болейн, я никогда не мешала ей и Вам делать то, что Вы делаете. Поэтому прошу, давайте закончим этот бессмысленный разговор.

Отредактировано Судьба (2012-25-10 14:32:19)

+1

12

- Тебе не ясно, в чём я тебя обвиняю? - с наигранным удивлением спросил герцог, -Хорошо. Я объясню это тебе. С этими словами он достал сложенное письмо и, развернув его, приблизился к жене, с которой теперь их разделяло только кресло.
-В таком случае, что это, Элизабет? - он помахал письмом перед лицом супруги, снова повысив голос, -Впрочем, можешь не отвечать. Я знаю, что это. Это письмо Екатерины Арагонской, адресованное императору, в котором она просит его о помощи.
На некоторое время в покоях повисла тишина. Норфолк всё ещё продолжал держать руку с письмом перед лицом своей жены Элизабет, после чего резко отвел руку. Томас Норфолк вновь сложил это письмо, убрав его с глаз жены. Можно было сказать, что он стал спокойным. Лицо его больше не отражало гнева или раздражения. Их сменили холодность и некоторое безразличие, а на лице появилась коварная ухмылка. В конце концов, эта находка должна была принести ему лишь выгоду. Пока план его только ещё зарождался, однако он как и обычно был уверен в своём успехе. Осталось только сделать так, чтобы супруга не помешала исполнению его замыслов.
-Ну что же, дорогая, - иронично произнес герцог, -потрудись мне объяснить, как это письмо оказалось в нашем доме.

+1

13

Отвернувшись от мужа, Элизабет опустила глаза в пол. В тот момент, когда Норфолк достал письмо, внутри все содрогнулось от страха. Значит, эта нерасторопная Мадлен попалась! Если бы только служанка знала, что это письмо, которое она неумело спрятала, могло бы спасти самую достойнейшую женщину в этом королевстве, возможно, она была бы более осторожна…
Глубоко вздохнув, Элизабет, наконец, посмотрела на мужа. На его лице была коварная ухмылка, отчего герцогине стало совсем дурно. Показалось, что в комнате стало очень душно, было нечем дышать. Элизабет захотелось немедленно открыть окно и пустить сюда свежей воздух. А еще лучше выйти…и отправиться в Уйатхолл, чтобы предупредить королеву. От мыслей, что она из-за своей глупости подставила Екатерину Арагонскую, хотелось провалиться сквозь землю. Как она теперь посмотрит этой благородной женщине в глаза?
-Ее Величество отдала мне его, - отпираться и делать вид, что это письмо она видит впервые, было бы крайне глупо. Единственный шанс быстрее уйти отсюда – убедить мужа, что она выполняла лишь поручение своей госпожи, не подозревая, что та затеяла. – Королева Екатерина попросила меня отдать это письмо какому-нибудь хорошему гонцу и направить его к ней, чтобы она рассказала, куда доставить ее послание. Вы же помните, сударь, что пока еще Екатерина Арагонская является королевой в этой стране, а я ее фрейлиной, а поэтому обязана выполнять все ее поручение. Но так как наша дочь заболела, как только я узнала об этом, то поспешила в покои к Марии, а письмо попросила служанку положить в надежное место, чтобы не потерять его.
Немного помолчав, герцогиня продолжила тихим кротким голосом, дабы окончательно, по ее мнению, убедить мужа в своей непричастности.
-Но раз Вы считаете, что мне не стоит выполнять поручения королевы, то я не буду Вам перечить. Распоряжайтесь этим письмом, как пожелаете, милорд. И прошу, давайте закончим. Все мои мысли сейчас только лишь о Мэри, и я готова пожертвовать добрым отношением Ее Величества к себе, ради того, что отправиться сейчас к больной дочери.
Теперь герцогиня лукавила. При первой же возможности она собиралась покинуть дом и отправиться к королеве, чтобы предупредить ее об опасности.

+1

14

Не знала о том, что было написано в письме? Как же смешны Ваши оправдания, миледи! - подумал герцог, выслушав объяснения своей жены. Он ничего ей не ответил, с долей некого наслаждения наблюдая за эмоциями на её лице. Дослушав же её речь до конца, Норфолк недоверчиво посмотрел на Элизабет и ухмыльнулся.
- Пусть будет так, как ты сказала. Допустим, в этот раз я поверю этим оправданиям, -сказал он, пытаясь прочитать её чувства во взгляде.
- Что касается письма, то оно останется у меня. Сейчас мне необходимо отправиться ко двору по делам. Ты же сможешь остаться с Мэри. Однако пока тебе не стоит к ней ходить. Через какое-то время, когда её покинет лекарь, ты сможешь отправиться к ней и провести с ней столько времени, сколько пожелаешь. Теперь же тебе следует оставаться в своих покоях, - говорил он, создавая подобие вежливости.
После этого герцог Норфолк позвал одного из своих слуг, того, кому он мог доверять. Когда молодой человек по приказу герцога вошел в его покои, Норфолк сказал:
- Проводи герцогиню Норфолк в её покои, - с этими словами он достал небольшой ключ и вручил его мужчине, -вот ключ.
Как только слуга отошел на несколько шагов, герцог вплотную приблизился к супруге.
- И не дай Бог я узнаю, что ты каким-то образом посмела что-то передать Екатерине Арагонской! - зло прошептал он ей на ухо. Во взгляде его легко читалось, что в этот раз всё это вовсе не пустые угрозы.
Затем герцог обратился к слуге:
- Откроешь её, когда лекарь покинет поместье. А сейчас вели подать мне экипаж!
Герцог Норфолк решил немедля отправиться ко двору, чтобы сообщить нужным людям о письме. После не очень продолжительных сборов, он заглянул в покои своей дочери Мэри. Он поинтересовался у лекаря, как она, после чего, вспомнив о своей жене, сказал:
- У меня к Вам есть небольшая просьба. Я прошу Вас оставаться здесь как можно дольше. На это есть очень весомые причины. Услышав согласие доктора, герцог быстрым шагом направился к уже приготовленному экипажу и направился ко двору Его Величества.

0

15

-Как Вы смете так со мной поступать!? – зло выкрикнула Элизабет  мужу, но тот словно не замечая ее, отдал слуге ключ от ее покоев и ушел прочь. – Я Ваша законная супруга, а не та распутная девица, с которой Вы спите! Вы не имеете права!
Но и эти слова не заставили герцога вернуться. Он ушел, отправился ко двору, чтобы вновь вершить свои злые деяния. А Леди Стаффорд не осталось ничего другого, кроме как возмущенно отпираться от слуги, которой назойливо по приказу Томаса Говарда пытался увести ее в ее же комнаты. Остаться заложницей в собственном доме – это было унизительно.  На глаза герцогини навернулись слезы. Обида на мужа, горечь от тех унижений, что он причинял ей и, конечно, страх за Екатерину Арагонскую, переполняли все сознание герцогини Норфолк.
Когда она все же оказалась в своих покоях, а с другой стороны двери угрожающе щелкнул замок, Элизабет, отчаявшись изменить ситуацию, безнадежно опустилась на кровать и залилась слезами.

Эпизод завершен

Отредактировано Судьба (2012-10-11 10:58:24)

0


Вы здесь » The Tudors / Тюдоры » 1509-1533 » Глас вопиющего в пустыне