The Tudors / Тюдоры

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » The Tudors / Тюдоры » 1509-1533 » У Вас нет права на уныние (с)


У Вас нет права на уныние (с)

Сообщений 1 страница 21 из 21

1

1519 год. Королева Екатерина Арагонская готовится к родам, которые должны начаться со дня на день. Весь английский королевский двор во главе с монархом, Генрихом Тюдором, преисполнен надежды, что на этот раз у страны появится наследник мужского пола. Государь пытается быть крайне внимательным к своей беременной супруге и готов даже расстаться со своей фавориткой, Бесси Блаунт. Но случается то, что заставляет Генриха VIII отвернуться от своей королевы тогда, когда ей более всего нужна его поддержка, и вернуться к Леди Элизабет.

Участники: Екатерина Арагонская, Генрих VIII, Элизабет Блаунт, Томас Уолси (профиль Судьба)

0

2

Задумчивым взглядом осматривая дверь своего кабинета, Генрих сидел в мягком бархатном кресле и медленно пил вино из золотого кубка. В его сердце, после стольких неудач, вновь появилась надежда на появление долгожданного сына. В прошлый раз Екатерина родила здоровую дочь. Первый их ребенок, который выжил. И теперь, с приближением того дня, когда королева должна была родить, у Генриха VIII прибавлялась надежда. Вера в то, что Господь, наконец, услышал молитвы и даст этой стране наследника рода Тюдоров. Если Екатерина в прошлый раз смогла родить здоровую дочь, значит, в этот раз она просто обязана родить ему здорового и крепкого сына.
Впрочем, сам Генрих VIII тоже прикладывал все усилия. Он внимательно следил, чтобы за королевой всегда должно ухаживали, чтобы пища, которую подавали ей к трапезе, всегда была свежей, пытался оградить ее от лишних переживаний и действий. Сам лично каждый день проведывал ее и узнавал, как ее самочувствие. Еще не при одной беременности своей супруги, монарх не проявлял к ней столько внимания и заботы. Но он так верил, что теперь она подарит ему сына, что не мог лично не контролировать каждый ее день, что все прошло благополучно.
Вот и сейчас, сидя у себя в кабинете, он не мог преодолеть желание вновь навестить Екатерину и узнать о ее самочувствие, даже, не смотря на то, что утром уже был в ее покоях. А не так давно лекарь доложил ему о том, что все проходит прекрасно, и у Его Величества нет поводов для беспокойств.
Не желая более изводить себя, Генрих встал с кресла. С грохотом поставил кубок на стол, так что паж, который, видимо, задремал в углу кабинета, резко подскочил со своего места.
-К Ее Величеству, - с усмешкой на губах бросил Генрих своему слуге и вышел из кабинета, направляясь в покои к жене.

0

3

Покинув покои Её Величества, её фрейлина Элизабет не спеша шла по длинному коридору. Разум её был полностью поглощен мыслями о Его Величестве. Последнее время он всё меньше уделял ей внимание, словно его чувства к ней совершенно остыли. И хотя Элизабет знала причину такого поведения, в душе ей сложно было с этим смириться. Безусловно она понимала, что Генрих просто пытается заботиться о своей супруге, которая вот уже скоро должна была разрешиться ребенком. Но от этого Элизабет не становилось легче, ведь она сама, так же как и королева Екатерина, ждала ребенка от Генриха. Впрочем, он, кажется, ещё не знал об этом. Элизабет Блаунт уже сообщила раньше о своём положении кардиналу Уолси, который в свою очередь пообещал сообщить об этом и Его Величеству, когда придет время. Но время шло, а королю так и не было доложено о положении его фаворитки.
Ну отчего же Уолси ещё не сообщил ему об этом? - постоянно думала леди Блаунт.
Вдруг девушка знакомую ей фигуру, направляющуюся к покоям королевы Англии. Конечно, Элизабет Блаунт не могла не узнать Его Величество.
- Ваше Величество! - кротким голосом произнесла Элизабет, опустившись перед ним в реверансе. Она осознавала, что он сейчас направляется к своей жене, и чувствовала, что сейчас ему нет до неё дела, однако как же в тот момент ей захотелось остановить его и поговорить, рассказать о своих чувствах, о том, что ждет от него ребенка. И в этот раз её желание взяло верх над разумом.
- Я должна с Вами поговорить. Это очень важно, выслушайте меня! - начала говорить она, коснувшись руки Генриха. Взгляд её голубых глаз выражал одновременно мольбу и решимость, а рукой она невольно легко коснулась своего живота.

+3

4

Недовольство, которое испытал Генрих Тюдор, заметив Бесси Блаунт, явно отразилось на его лице. Пока Екатерина носила его ребенка, король пытался всевозможными путями оградить ее от лишних волнений и расстройств. И хоть Арагонская никогда не попрекала мужа тем, что у него есть любовница, Генрих VIII все видел по ее глазам. Конечно, будучи человеком эгоистичным и самовлюбленным, Тюдор не придавал этому значению, особенно, когда измены были уже на протяжении нескольких лет. Но когда на кону стояло рождение его наследника, приходилось задумываться и менять привычный образ жизни.
Была, впрочем, и еще одна причина, по которой монарх не особо горел желанием видеться со своей фавориткой. За 7 лет этого романа Элизабет уже успела наскучить королю, и он задумывался над тем, что пора это все заканчивать. И сейчас, по его мнению, было вполне подходящее время.
-Леди Блаунт, - сдержанный кивок головы, равнодушный голос, через который все равно просачивались нотки злости и раздражения, а его рука резко отстранилась от холодных пальчиков любовницы. – Что случилось? Ее Величество просила что-то передать мне? Или Вы вместо того, чтобы выполнять свои обязанности фрейлины королевы, решили заняться своими личными делами? Вы вообще помните, что Ваша Госпожа носит под сердцем наследника этой страны, а Вы, как дама из ее свиты, обязаны обеспечивать ей надлежащий уход, а не праздно разгуливать по дворцу?

Отредактировано Генрих VIII (2012-26-10 21:09:46)

+1

5

- Я...я.. - пыталась хоть что-то произнести Элизабет Блаунт, впрочем, тщетно. От того, как произнес Генрих Тюдор эти слова, девушка растерялась. Из её головы напрочь вылетела причина, по которой она покинула покои королевы. Она вздрогнула и с каким-то испугом в глазах резко отстранилась от короля. Но тут она вспомнила, что ей непременно необходимо сказать что-либо в своё оправдание. Девушка опустила глаза и произнесла:
- Я отлучилась по поручению Её Величества. Но я должна поговорить с Вами не об этом!
Подняв глаза и устремив их на короля, она осеклась. В его холодном взгляде она ясно смогла прочесть, что ему сейчас безразлично, что она собирается сказать. Осознание этого больно обожгло Бесси.
Но я должна!
Леди Блаунт уже глубоко вдохнула, чтобы начать говорить, но...не решилась.
- Впрочем, это сейчас далеко не так важно, как состояние Её Величества. Простите, что задержала Вас, - с горечью сказала Элизабет Блаунт, отвернувшись. Ещё долго она не решалась взглянуть на Его Величество, разглядывая при этом каменную стену, словно в тот момент это было единственным, что её интересовало.

0

6

Генрих посмотрел на фрейлину. Взгляд его был полностью безразличным. И слова о том, что ей срочно нужно ему что-то рассказать, никак не заинтересовали монарха. Что уж такого важного могло произойти у юной фрейлины и его любовницы, что это могло бы оказаться важнее беременной супруги!? Важнее его будущего сына и наследника этой страны!? По мнению короля – ничего!
-Тем более, Леди Блаунт, раз это не важно, то идите и поспешите выполнить поручение Ее Величества. И не стоит больше отвлекаться.
Измерив фигуру Элизабет строгим суровым взглядом, Генрих направился дальше по коридору. Через несколько секунд из его головы уже исчезли все мысли о Бесси Блаунт. Теперь для него она была словно закрытой книгой, к которой не хотелось возвращаться.
Пройдя все коридоры, которые разделяли королевский кабинет и покои Ее Величества, Генрих прошел в комнату, где около камина сидели фрейлины Екатерины и мирно вышивали. Вероятно, сама королева отдыхала во внутренних покоях.
Дамы, заметив монарха, резко встали со своих мест и склонились в низких почтительных реверансах. С улыбкой на губах кивнув девушкам, Тюдор прошел во внутренние покои королевы и увидел там свою супругу.
-Кэтрин, дорогая, как ты себя чувствуешь?

0

7

Долгожданное событие, которого королева ожидала с трепетом и надеждой, могло случиться в любой момент. Она знала: в этот раз будет сын. Она верила в это и ежедневно молилась, чтобы Господь позволил ей родить здорового мальчика, любящего брата для принцессы и сына, который сможет стать гордостью своего отца-монарха.
Отношение самого Генриха к жене в этот раз тоже было просто идеальным. По правде сказать, такую заботу и любовь он проявлял к Екатерине только в счастливый период подготовки к свадьбе. Все желания королевы исполнялись едва ли не раньше, чем она успевала их озвучить. Вот и сейчас она лежала, обложенная подушками, на широкой богато убранной кровати в своих внутренних покоях, а верные фрейлины занимались рукоделием за дверями, стараясь даже громко произнесенным словом не нарушить покоя госпожи. Мысли Екатерины текли неспешно и рассеянно:
"Уже скоро, малыш, ты появишься на свет и станешь самым любимым ребенком во всей Англии. Пожалуйста, окажись сыном!.. Господь Всемогущий, пошли мне здорового сына... Как хотелось бы мне увидеть счастливые глаза Генриха, услышать, как он говорит мне "спасибо"... Он ведь был счастлив, когда родилась Мэри, хотя она всего лишь дочь... Ах, Мэри, мое дорогое дитя, как она там поживает под присмотром нянек, поскорее бы увидеть ее. Надо попросить Генриха разрешить мне встретиться с Марией, когда он придет... Когда, интересно, он зайдет проведать меня? Приехал ли новый лекарь?..."
Словно в ответ на раздумья Екатерины раздался легкий шум за дверью, и в покоях появился король. Его Величество пребывал в хорошем настроении и ласково осведомился о самочувствии супруги. Улыбнувшись мужу, королева ответила:
- Благодарю, я прекрасно себя чувствую и уже готова к появлению нашего сына. Надеюсь, он будет таким же сильным и крепким, как его отец... Хихикнув, как девчонка, Екатерина прибавила после секундной паузы:
- И таким же красавцем! Подойди ко мне, любимый, я хочу посидеть с тобой.
Королева попыталась приподняться на подушках и протянула руку мужу, прося его помочь. Но едва их пальцы соприкоснулись, как живот Екатерины пронзила внезапная боль, и нежное пожатие превратилось в сильную хватку. Вцепившись в запястье супруга, Екатерина простонала:
- Боже мой... о Боже, Генрих, кажется, начинается, о Генрих, позови лекаря, скорее, Господи помилуй!..
Стиснув зубы, женщина подавила готовый сорваться с губ крик и с мольбой посмотрела на короля, желая, чтобы он ушел и в то же время готовая умереть, лишь бы он не выпускал ее руку.

+2

8

То, что происходило далее, для Генриха VIII было словно в тумане. Находясь уже в своих комнатах, он вспоминал, как Екатерина схватила его за руку, как в ее покоях поднялась суета, испугано забегали фрейлины, пытаясь приготовить все необходимое для рождения наследника трона,  одна из дам по его приказу привела лекаря, а сам он ушел…
Теперь время для монарха потянулась мучительно долго. Уже несколько раз он посылал пажа узнать, как обстоят дела, но юноша возвращался без вестей. И Тюдору не оставалось ничего, кроме как лихорадочно бродить по своим покоям и ждать, когда ему сообщать радостную новость…если сообщать.
Дурные мысли стали заполнять голову монарха, а он изо всех сил пытался бороться с ними. Не может быть, чтобы после стольких неудач, вновь родилась девочка или мертвый мальчик. Господь не может с ним так поступить.
-Пригласите ко мне кардинала Уолси, - мысли о Господи и церкви привели короля и к размышлениям об английском лорд-канцлере. Раз принц появится на свет в ближайшее время, то нужно немедленно заняться приготовлением к его появлению. И эту задачу Тюдор решил возложить на своего ближайшего советника.

0

9

Новость о том, что у Королевы Екатерины начались роды, настигла английского лорд-канцлера в одном из коридоров Уйатххолла. К нему буквально подбежал запыхавшийся паж и не внятно стал, сбиваясь, рассказывать, что Ее Величество вот-вот родит,  а король Генрих требует его немедленно к себе.
«И к чему столько суеты?» - раздражено подумал Уолси, равнодушно разглядывая юношу. Конечно, Томаса волновало то, что сейчас происходило. В его голове уже давно созрело несколько идей на тот счет, что ему делать, если Арагонская в этот раз родит сына, а что – если вновь не оправдает ожидании своего царственного супруга. С одной стороны, для благополучного будущего этого королевства, просто необходимо, чтобы в этот раз на свет появился мальчик – наследник рода Тюдоров. Но с другой, если Екатерина Арагонская сейчас разрешится здоровым мальчиком, то это серьезно укрепит ее положение при дворе, и вполне возможно вернет то расположение мужа, которое она имела в первые годы их брака. А это, безусловно, означало бы союз с испанцами, чего так не хотел Уолси, отдававший свое предпочтение французам.
Но так же было и еще кое-что, что занимало разум кардинала. Помимо королевы, родить от Генриха VIII должна была и еще одна женщина. Молоденькая фрейлина Ее Величества, Элизабет Блаунт. И раз ребенок Екатерины уже готов был появиться на свет, то вопрос с беременной фавориткой нужно было решить в ближайшее время.
Отпустив юношу, Уолси расправил морщинистыми пальцами свою красную сутану и чинно направился в комнаты короля Генриха Тюдора, попутно кивая придворным, которые попадались на глаза первому человеку в государстве, после монарха. Хотя, что греха таить, многие считали, что истинным королем в этой стране является вовсе не Тюдор, а архиепископ Йоркский.
-Ваше Величество, - войдя в покои короля, Томас учтиво склонил голову.

Отредактировано Судьба (2012-10-11 12:19:36)

+1

10

-Томас, - Генрих нервозно кивнул кардиналу и жестом пригласил его пройти. Несколько минут назад вновь вернулся слуга, который не сказал своему королю ничего нового относительно его супруги. Волнение Генриха Тюдора не знало границ, и он нервно пересекал комнату от окна до стены и обратно, не обращая внимания на удивленные взгляды слуг и архиепископа.
«Боже, пусть это будет сын. Умоляю тебя, мне просто необходим сын!»
Вдруг Тюдор, словно опомнившись, резко остановился и внимательно посмотрел на Уолси, который смиренно ждал, когда государь с ним заговорит.
-Вам уже известно, что у королевы начались роды? – Генрих сел в кресло и стал барабанить пальцами по подлокотникам. – Ну, конечно известно. С божьей помощью, в этот раз будет мальчик. Нужно все приготовить для его скорого появления. Ну, Вы понимаете: для оповещения народа, для крещения, затем для праздников по случаю рождения наследника. И турнир! Обязательно нужно устроить турнир в честь королевы и моего новорожденного сына!

0

11

-Как скажите, Ваше Величество, - покорно произнес Уолси и поклонился монарху. Волнения Генриха читались на его лице без всяких усилий, и Уолси пытался говорить как можно мягче. Хоть король Англии всегда прислушивался к своему лорд-канцлеру, в гневе и ярости он мог натворить глупостей. Архиепископу Йорскому приходилось быть осторожным всегда, когда доводилось решать деликатные вопросы короля, дабы тот не стал делать что-то опрометчивое, что-то что может негативно повлиять как на дела короля, так и на дела самого канцлера.
-Я немедленно этим займусь. Вот увидите, все будет сделано наилучшим образом. Но есть кое-что, что нужно нам обсудить до того, как Ее Величество родит… - Уолси почувствовал на себе вопросительный взгляд короля и на мгновение смолк. Нужно было подобрать правильные слова, чтобы Генрих поступил именно так, как он ему скажет. Тюдор махнул Уолси рукой, призывая его продолжать, и Томас вновь заговорил:
-Ваше Величество, несколько дней назад ко мне в кабинет пришла одна из фрейлин королевы. Дело в том, что она оказалась в очень щекотливом положении и поэтому попросила у меня помощи. - Томас сделала несколько шагов, приблизившись к королю, и стал говорить более приглушенным тоном: -  Леди Элизабет Блаунт ждет ребенка. Когда ее положение станет заметно, то ни у кого не возникнет сомнений, что она беременна от Вас, Ваше Величество. Учитывая, что Ее Величество вот-вот, дай Бог, разрешится здоровым ребенком, многие воспримут беременность Леди Блаунт не так как следует. Думаю, самым разумным в этой ситуации будет найти для Элизабет достойного супруга и на время попросить их удалиться от двора. Тем самым, мы оградим Вас, Ее Величество и Вашего новорожденного ребенка от дурных сплетен.

+1

12

Генрих измерил Уолси тяжелым суровым взглядом. Так вот значит, что пыталась сказать Элизабет сегодня, когда они случайно встретились в коридоре. Она была беременна. Его милая скромная юная Бесси ждала от него ребенка. И так и не смогла признаться ему в этом.
Монарху стало не по себе. Можно сказать, что он даже испытал что-то отдаленно напоминающее чувство вины. Ведь он сегодня ее грубо оборвал, не дал договорить, отругал, словно провинившуюся девчонку. Но ведь его можно было понять. Сейчас, в эти самые минуты, решается будущее его королевства. И если в этот раз Бог смилуется над ним и подарит сына, то беременность Леди Блаунт и вправду может стать причинной не самых приятных сплетен. Томас был прав. На смену чувству вины пришло осознание того, что нужно поступить так, как сказал лорд-канцлер.
-Хорошо, это дело я также доверяю Вам, Томас, - холодно отозвался государь и откинулся на спинку кресла. – Когда найдете подходящего для Леди Блаунт супруга, скажите мне. Я обеспечу ей достойное приданное. Такое, чтобы этот господин, не сильно расстроился из-за того, что первенец его супруги будет не от него.

0

13

Следующие несколько часов для королевы обернулись нескончаемой болью, страхом, горячкой и практически полным безумием. Роды и раньше давались ей нелегко, но этот раз был не похож на предыдущие - казалось, тело Екатерины резали, раздирали на части и жгли на огромном костре. Бедная женщина на несколько мгновений проваливалась в забытье, но лишь для того, чтобы вновь вернуться в наполненный болью мир. Королеве казалось, что вся она - сплошной крик, вопль, обращенный к небесам и исторгнутый из самых глубин ее естества, оттуда, где мучительно пробивала себе дорогу новая жизнь, которая властно требовала воздуха, простора - и кажется, смерти своей измученной матери. Стенания королевы были слышны далеко за пределами родильного покоя, но Екатерине не было до этого дела. Она едва различала лицо нового лекаря, выписанного откуда-то Генрихом в порыве заботы ("Все-таки он успел приехать, но Господи, почему же тогда... так... больно!.."), слышала гул озабоченных голосов и понимала, что что-то пошло не так, но что - уловить не могла, все ощущения были притуплены муками. Вот мимо пробежала фрейлина с тазом, в котором что-то звенело, другая, совсем юная, с побелевшими от ужаса губами, положила королеве на лоб прохладную влажную ткань. Екатерина стихла было, но потом снова заметалась на простынях, стараясь изо всех сил, чтобы дать жизнь младенцу. Она чувствовала чужие руки на своем теле, несколько повитух поочередно принимались то за одно, то за другое, но ребенок никак не мог родиться, лекарь потянулся за какими-то инструментами, но снова опустил руку, видимо, не зная. что предпринять. Когда боль достигла апогея, с губ испанки сорвался дикий, пронзительный вопль, она подумала, что умирает, и призвала единственного человека на Земле, которому могла отдать свой последний вздох, выкрикнула в расплывающийся перед глазами мир одно только слово:
- Генрих!!!...
После этого Екатерина почувствовала, что дитя наконец отделилось от нее, и тут сознание наконец покинуло ее, все покрыл мрак гуще, чем ночи в ее родной Испании.
Очнувшись, королева не сразу осознала, где находится. Тело ломило, на лбу выступила испарина, глаза болели даже от неяркого света свечей на столе. Одна из повитух дежурила у постели королевы, и когда Екатерина повернула голову, проворно встала и спросила:
- Ваше Величество! Вы так долго были без сознания, как Вы себя чувствуете?
Арагонская ничего не ответила, ее мысли занимала какая-то другая неотвязная мысль, что-то беспокоило королеву, но она не могла понять причину тревоги. Наконец ее осенило: "Тишина. Я не слышу плача ребенка. Должно быть, они унесли его." Екатерина разомкнула запекшиеся губы и тихо спросила женщину:
- Где мое дитя? Почему я не слышу его плача?
- Ваше Величество... - голос повитухи сорвался, она прятала взгляд, явно переживая за свою госпожу. - Ребенок умер через несколько часов после рождения. Это была очень слабенькая девочка, мадам, мы делали все, что могли, но... Простите меня... мне искренне жаль.
Дочь, которая умерла еще до того, как Екатерина успела хотя бы раз взглянуть на нее... У королевы не было сил даже на то, чтобы плакать, она просто медленно опустила веки, и по бледной осунувшейся щеке скатилась лишь одна слеза. Жить не хотелось, видеть людей тоже. Это был, наверное, ее последний шанс, и Господь отвернулся от нее. Не открывая глаз, Екатерина попросила:
- Оставьте меня. И прошу Вас, не говорите пока королю... - но она и сама знала, что просить этого было все равно что пытаться отсрочить заход солнца. Наверняка королю уже доложили о происшедшем, и вскоре он явится, чтобы выказать жене свое презрение и разочарование. Или же вовсе больше не захочет ее видеть, просто забудет, что у него есть супруга, а она будет в тоске бродить по галереям Уайтхолла, не осмеливаясь показаться любимому на глаза. Так или иначе, Екатерине казалось, что ничего хорошего с ней уже не произойдет. За повитухой мягко закрылась дверь, и королева Англии осталась лежать в одиночестве, такая уставшая и разбитая, будто за один день прожила целую вечность.

+5

14

Уолси согласно кивнул и уже направился к двери, чтобы покинуть кабинет Его Величества, как вдруг в комнату вошел слуга. Лицо юнца было побелевшим от страха, а глаза испугано метались, не смея остановиться на английском правителе.
-Ваше Величество, - опустив голову, юноша сделал пару шагов, приблизившись к столу, и исподлобья посмотрел на кардинала. А тот задержался в кабинете, очевидно, не желая пропускать интересного зрелища, которое своим внезапным появлением обещал этот паж.
-Что случилось? - сам же Тюдор, который судорожно наблюдал за слугой, начинал уже догадываться, что привело этого мальчишку в его кабинет. Внутри все напряглось. Сам он уже был готов взорваться от гнева, будто паж уже сообщил эти страшные известия. Следующие слова он буквально прокричал: - Отвечай! Что произошло!?
-Ваше Величество, королева…она разрешилась…девочкой, - так и не смея посмотреть на короля, запинаясь, произнес паж.
Генрих резко встал с кресла и вперил глаза, наполненные яростью, на слугу. А вот взгляд Уолси стал задумчивым. Очевидно, этот старый лис теперь обдумывал, что ему может принести рождение еще одной никому ненужной принцессы. Но было рано для таких мыслей, ведь паж еще не договорил…
-Ребенок был очень слабым…лекарь и повитухи делали все возможное, но...  девочка умерла…
-Иди прочь, - голос монарха, словно гром, раздался в кабинете. И юноша быстрым шагом покинул комнату. А Генрих со всей силы ударил по столу кулаком.
Последний шанс на наследника мужского пола увенчался смертью новорожденной девочкой. В итоге вновь беременность королевы оказалась лишь пустыми несбыточными надеждами. Король почувствовал, как стало бешено биться в груди сердце, как в жилах закипала кровь, и все сознание переполнилось болью и гневом.
-Почему Господь не желает дать мне сына? – нет, это вопрос вовсе не был обращен к человеку в красной сутане, который все еще находился в этом кабинете. А ответ на него Генрих Тюдор уже не мог найти многие года. Казалось, что если королева в прошлый раз смогла родить здоровую дочь, то в этот раз непременно получится и сын. Но, очевидно, Всевышней так не желал.
А в это время в голову Генриха внезапно пришли мысли о другой женщине, которая тоже ждала от него ребенка. Бесси Блаунт… Если у короля и осталась надежда на то, что у него будет сын, то этот сын мог появится на свет только из чрева юной фрейлины Ее Величества.
Медленно обойдя стол, Генрих VIII повернул голову к архиепископу:
-Ваше Преосвященство, забудьте то, что я приказал относительно Леди Блаунт. Не надо пока искать для нее мужа. И передайте королеве… - на мгновение Генрих замолчал, прикрыв глаза. – Передайте королеве, что я глубоко опечален и надеюсь на ее скорейшее выздоровление.
«Хотя останься я вдовцом, возможно взял бы в жены женщину, которая способна родить сына…» -  с такими мыслями король покинул свой кабинет и направился в маленькую комнатку, которая принадлежала его фаворитке.
-Бесси,- когда Генрих VIII прошел в покои к своей любовнице, он застал ее сидящей в кресле.

+2

15

Сидящая в кресле Элизабет вскочила от удивление, когда сквозь резко распахнувшуюся дверь в её покои зашёл король Англии.
- Ваше Величество! - быстро сказала она. На лице её были одновременно и радость, и опасения, и просто растерянность.
Неужели кардинал Уолси уже сказал ему?
Вдруг девушка вспомнила о случившемся сегодня и поспешила убрать растерянную улыбку с лица.
- Мне очень жаль, что такое горе постигло Вас и её Величество, - произнесла она, грустно опустив вниз глаза. Ей и на самом деле было жаль. Такого горя, что перенесла королева Екатерина и вместе с ней и Генрих Тюдор, она бы не пожелала никому. Это событие помогло ей вдруг осознать, что её положение сейчас далеко не самое плохое. А возможно, и совсем наоборот.
Бесси понимала, что Его Величество пришел не просто так. Однако она не решилась произнести что-либо ещё, боясь сказать лишнее.

+1

16

-Молчи! – губы Генриха судорожно дрогнули. Мысли о случившемся и так не отпускали его, а слышать об этом было еще больнее. Ему вовсе не хотелось чьей-то жалости, чьих-то сожалений, по большей части фальшивых. Он ведь знал, что сейчас большинство придворных нацепят лицемерные маски, и каждый попытается выказать ему свое глубокое сочувствие. И он захочет вцепиться в горло любому из них. Но Элизабет, его маленькая Бесси была совсем не такой. Он услышал в ее голосе искренность. Поэтому стала еще тяжелее.
-Не говори больше о королеве и о том, что произошло сегодня, - приглушенным голос сказал Генрих, посмотрев на Леди Блаунт тяжелым взглядом.
Подойдя к ней, он осторожно взял девичью руку и крепко сжал ее. Теперь вся его надежда таилась в этой маленькой хрупкой белокурой девушке.
-Уолси сказал мне, - почти шепотом произнес Генрих. – Я…я счастлив был узнать об этом. Но почему ты пошла к нему, а не ко мне?

0

17

Бесси почувствовала, как Генрих сжал её руку.
Почти так же, как раньше! - промелькнула мысль в голове юной девушки.
Услышав его слова, Элизабет легко и нежно улыбнулась. Несмотря на всё происходящее, она была счастлива услышать, что Его Величество рад. Однако на прозвучавший вслед вопрос она ответила не сразу.
- Я хотела сообщить Вам, но...
..Её Величество ждала ребенка и Вы не желали более иметь со мной отношения.. - хотела сказать она. Однако она боялась вновь причинить ему боль, напомнив о смерти его новорожденной дочери.
-..но Вы...были заняты другим. И я боялась, что подберу неподходящий момент. Поэтому я решила посоветоваться с кардиналом Уолси. Он решил, что будет лучше, если он сам поговорит об этом с Вами. Мне стоило самой сообщить Вам об этом?

0

18

-Это не важно, - Генрих нежно провел пальцами по щеке Элизабет. – Уже неважно.
Он положил руку на живот девушки. Конечно, он ничего не почувствовал. За тугим корсетом скрывался еще совершенно плоский живот, который никак не выдавал истинного положения фрейлины королевы. Но он знал, что там уже бьется маленькое сердечко его ребенка. И, может быть, хотя бы на этот раз это будет сын. Сын, которого не смогла подарить ему супруга.
-Пока мы не будем никому говорить. А когда всем станет ясно, что ты ждешь ребенка, я прикажу Уолси найти подходящее место, где ты могла бы спокойно жить, пока не родится малыш.
Он поднял глаза на Бесси, и поднес к губам ее пальчики.
-Я надеюсь, что у тебя получится осчастливить меня.

Отредактировано Генрих VIII (2012-30-11 10:53:35)

+1

19

Глаза Бесси Блаунт светились счастьем от одних только прикосновений короля. Как же ей хотелось сделать его счастливым! Просто сделать счастливым, не требуя ничего взамен. И теперь она могла это сделать, подарив ему то, о чём он так мечтал, сына. Конечно, она не знала, родиться ли у неё сын или дочь, однако хотела верить и верила, что это будет мальчик. И сейчас, не думая ни о чём другом, она мысленно представляла себе этого красивого, а она была убеждена, что он будет именно таким, мальчика, радость на лице Генриха. И от одних только этих мыслей сердце её начинало биться сильнее.
Я сделаю тебя счастливым! - только подумала девушка, как услышала слова короля:
-Я надеюсь, что у тебя получится осчастливить меня.
- Я сделаю для этого всё. Обещаю. И буду молить Всевышнего об этом, - кротко проговорила Бесси Блаунт, глядя на монарха своими голубыми глазами.

+1

20

Король слабо улыбнулся.  Не смотря на то, что сейчас они говорили с Бесси о таких радостных событиях, и ее глаза светились от счастья, Генриху было больно. Больно от того, что теперь ему приходится возлагать надежду на фаворитку, которую уже был готов навсегда забыть несколько часов назад. А если бы королева вместо мертвой девочки родила бы ему сына, то даже бы и беременность Леди Блаунт не спасла бы ее от скоропалительного замужества и отъезда от двора.
А теперь ему приходится верить в то, что его бастард будет непременно мальчиком. Да и можно ли в это верить? Можно ли верить этим светлым голубым глазам, которые сейчас с такой преданностью смотрели на него? Ведь Екатерина смотрела также. И также обещала сделать его счастливым. После этого не осталось даже желания зайти и проверить как она после мучительных родов. Во всяком случае, не сегодня.
-Мне нужно иди, - отпустив ручку Бесси, король наклонил голову и поцеловал свою беременную любовницу в губы. – Будь осторожна. Теперь ты должна заботиться не только о себе, но и о нашем ребенке.
Еще раз посмотрев на личико Элизабет, Генрих развернулся и вышел из ее комнатки.

Отредактировано Генрих VIII (2012-05-12 11:53:49)

+1

21

Как же Элизабет не желала, чтобы Генрих сейчас ушел. Ей хотелось вновь оказаться в его объятиях, чувствовать его поцелуи на своих губах. Но разве могла эта юная девушка остановить короля? Однако, не показывая своих чувств и желаний, Бесси также улыбалась и и преданно смотрела на своего монарха.
- Да, Ваше Величество, - произнесла девушка, после чего проводила взглядом короля.
- Я буду заботиться о нашем ребенке, - тихо сказала она уже после того, как дверь за монархом закрылась.
Нашем ребенке, - мысленно повторила Бесси, выделяя именно слова "нашем". Она будет матерью королевского ребенка! Когда-то она такого и представить не могла. Но что же будет с ней позже? Это её уже не так беспокоило. Сейчас ей необходимо было выносить и родить здорового сына, именно сына. И постараться скрывать своё положение от остальных как можно дольше. Ей нужно вести себя как обычно.
Именно с такой мыслью девушка попыталась придти в себя. Она поправила головной убор, скрывавший её светлые локоны. Осмотрев себя, поправила свое светлое платье. И после этого, сделав глубоких вдох, и слегка улыбнувшись, словно становясь вновь такой, какой её обычно видело её окружение, она покинула свою небольшую комнатку, чтобы присоединится к другим королевским фрейлинам для выполнения своих непосредственных обязанностей.

эпизод завершен

0


Вы здесь » The Tudors / Тюдоры » 1509-1533 » У Вас нет права на уныние (с)