The Tudors / Тюдоры

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » The Tudors / Тюдоры » Французский берег » Женская дипломатия


Женская дипломатия

Сообщений 1 страница 15 из 15

1

1527 год. Франция, Амбуаз. Королева Наваррская пытается убедить своего венценосного брата в необходимости заключить союз с Генрихом VIII, который включал бы в себя также помолвку французского монарха с принцессой Мэри Тюдор.

Участники: Маргарита де Валуа, Франциск Валуа

0

2

Еще мальчишкой Франциск пристрастился к охоте: король Людовик часто брал его с собой , так что принц начал овладевать этим искусством с ранних лет. Особенно он любил охотиться в окрестностях Амбуаза, в этих местах он провел свое детство,  а потому питал к ним особую привязанность. Он помнил, как юношей скакал по вековым лесам, загоняя дичь, а заодно своих друзей, которые заметно уступали принцу в физической силе и выносливости. Самые дальновидные быстро смекнули: чтобы оставаться подле герцога Ангулемского, нужно взять его темп. Стоило интересоваться тем, чем интересуется будущий король Франции, учиться тому, чему учится он, заниматься тем, чем занимается он и быть почтительным с теми, с кем почтителен он. Когда Франциск занял трон, рядом с ним оказались именно те, кто усвоил эти нехитрые правила, в первую очередь друзья детства, которые едва не угробили себя, пытаясь везде поспеть за Франсуа. И все они с глубочайшим почтением относились к матери короля и его сестре, которых монарх так горячо любил.
Весь сегодняшний день Франциск отдал охоте. По возвращении он пребывал в прекрасном расположении духа, и предстань перед ним сейчас хоть Генрих Тюдор — он оказал бы ему самый теплый прием. Насчет Габсбурга, однако, он не был столь уверен. Да что там, его физиономия и в лучшие времена навевала на него смертную тоску, а теперь и подавно.   Пленение казалось чем-то далеким, чем-то, чего не было на самом деле, и Франциск старался отгонять от себя воспоминания об унижениях, которым его подвергли, но два его сына до сих пор расплачивались за ошибки своего отца, и Франциск никогда не забывал,  какой ценой досталась его свобода.
Он бодро прошел по галерее, ведущей в его покои, весело насвистывая мелодию, которой его когда-то научила миловидная крестьянка, дочка пастуха. Ее лицо давно стерлось из его памяти, но простой незамысловатый мотив остался с ним навсегда. Сменив охотничий костюм из зеленого сукна на бархат и парчу, он объявил, что желает ужинать сегодня в обществе своей сестры. К королеве Наваррской с соответствующим приглашением был отправлен паж. После дня, проведенного в лесу в обществе своих дворян, которые под тенью деревьев удивительным образом преображались из галантных дамских угодников в грубых мужланов, Франциску хотелось усладить свой слух беседами на более высокие темы, чем прелести мадемуазель такой-то и ужасный запах изо рта господина такого-то. Но если бы он знал, о чем предложит ему поговорить его обожаемая сестра, он бы сам наелся чесноку и напился браги, лишь бы избежать этого разговора.

Отредактировано Франциск Валуа (2013-08-08 20:35:16)

+4

3

Стоило Франциску вернуться из плена, и двор ожил. Легкий характер французского короля заражал непринужденностью и всех остальных придворных. Словно уже и не было никакого плена, словно старшие сыновья Франциска не находились до сих пор в руках Императора. Все стало вновь свободно, весело и легко, как и в первые годы правления короля-рыцаря.
Свободу и легкость почувствовала и сестра Франциска. В прошлом остались мрачные дни, проведенные в Испании. В прошлом остался и траур по супругу, которого французская принцесса хоть и уважала, но, увы, совсем не любила. Жизнь началась с чистого листа, преподнеся Маргарите нового супруга, новые надежды и новый дом. Но только сердцем она оставалась там, где прошла большая часть ее жизни, и по сей день чувствовала себя более сестрой французского короля, чем супругой Генриха Д’Альбре и королевой Наваррской. Наверно, именно поэтому она оставалась рядом с Франсуа в Амбуазе, а не рядом с мужем в Нераке. Тем более, какими бы далекими теперь не казались дни плена Франциска, тень на его беззаботную жизнь в родной Франции бросал Мадридский договор, условия которого нужно было исполнять… или же не исполнять.
Почтительно склонившийся паж передал приглашение Его Величества. Отпустив слугу, Маргарита приказала своим фрейлинам приготовить платье для ужина. На губах королевы заиграла улыбка, принятая всеми за обыкновенную радость, которую сестра короля испытывала всякий раз, когда ей предстояло провести время в обществе столь горячо любимого ей младшего брата. Но в этот раз было в этой улыбке и еще что-то, что-то загадочное и еле уловимое.
Облачившись в темно-зеленное бархатное платье, удачно подчеркивающее светлую кожу и стройность фигуры, Маргарита направилась по знакомым с детства коридорам в сторону комнат короля Франции.
-Франсуа, - в покоях ее, конечно же, встретил брат, и, тепло улыбнувшись, изящным движением она протянула ему свои руки. – Как прошла охота?

+2

4

Рядом со своей прекрасной сестрой Франсуа, обычно всегда уверенный в собственном уме и неотразимости, порой чувствовал себя неотесанным конюхом. Но даже в такие моменты ему было легко в ее обществе, от Маргариты исходили тепло и уют, она вся лучилась светом, и Франциск упивался им, радуясь каждой посланной ему улыбке. Блистательные брат и сестра, вместе они производили воистину великолепное впечатление: король-рыцарь, овеянный славой (не будем вспоминать битву при Павии), хозяин самого роскошного двора в Европе и самого прекрасного королевства на свете, и его восхитительная сестра, покровительница поэтов, музыкантов, ученых, королева-философ, об уме и добродетели которой ходили легенды. И вот они вместе. Марго протянула ему свои красивые белые руки, которые он принял в свои волосатые лапищи (это был именно тот случай, когда король чувствовал себя конюхом - последствия охоты), улыбка озарила лицо монарха и он приветствал сестру:
- Моя дорогая Маргарита, как я рад видеть вас! Охота удалась на славу, вы сейчас сами убедитесь в этом. Мне до сих пор кажется, что я в лесу, так и слышу, как ветер шумит ваших волосах, моя обожаемая сестра, - он перевел дыхание и заключил, попутно отступая от формальностей - Выглядишь прекрасно!
Он поцеловал ее руки и жестом пригласил за стол, довольно скромный, если не считать огромного блюда с куском оленины, украшенного зеленью и обложенного куропатками, которое только что внесли, да разнообразных закусок: паштетов, колбас, соленого окорока и других изысков, свидетельствующих о том, как сильно проголодался Валуа. И все же до пира это не дотягивало, но ведь не каждый же день пировать? Главное, что стол украшала добыча короля, этого было вполне довольно.
- Как видишь, мы изрядно потрудились, - он с гордостью победителя оглядел своего зараженного противника, - Кое-кому это могло дорого обойтись: Монморанси чуть не свернул себе шею - лошадь перестала слушаться и сбросила его в ручей. Благо наш друг умеет плавать, - это происшествие очень развеселило монарха и теперь, вспоминая промокшего до нитки маршала Франции, король расхохотался. - Впрочем, такое случается не так уж редко... А как прошел твой день? Уверен, пока моя дорогая сестра подле меня, Франции ничего не грозит, - и он поднял кубок с вином, подкрепляя свои слова немым тостом.

Отредактировано Франциск Валуа (2013-28-08 23:08:30)

+2

5

Франциск был так весел и беспечен, что никто бы никогда и не подумал, что это тот самый человек, который недавно вернулся из позорного плена. Наваррской королеве стало на миг грустно оттого, что она не умеет так же просто и легко забываться и отгонять от себя мрачные мысли. А еще ей было немного стыдно за то, что она собиралась омрачить эту радостную атмосферу, царившую в покоях брата, разговором о том, о чем сам Франциск, наверняка, хотел бы меньше всего сегодня вспоминать.
-Надеюсь, из-за купания в ручье наш друг не заболеет. Ведь всем нам он нужен здоровым, - Маргарита с удовольствием слушала, как брат делится впечатлениями от охоты. Для той, которой с ранних лет матушка прививала безграничную любовь к младшему брату, было верхом наслаждения смотреть на счастливого Франциска, так искренни радующегося своим сегодняшним приключениям.
-Мой день был не столь весел, как твой, дорогой брат. Впрочем, мне тоже было не до скуки в обществе своих дам, - немного смутившись последним словам Франсуа, ответила ему сестра, улыбнувшись. – А Франции ничего не угрожает только потому, что ее король, наконец, со всеми нами.
Ручка Маргариты легла на ножку кубка, но она так и не подняла его.
-Хотя ведь повод для опасений у нас все равно есть, не так ли? - при этих словах, она опустила глаза, словно витиеватый узор, украшавший скатерть на столе, стал очень сильно интересовать ее. На самом деле Маргарита просто боялась увидеть, как на лице брата радость сменятся огорчением.

Отредактировано Маргарита де Валуа (2013-04-09 20:19:11)

+4

6

Ни дня не проходило без того, чтобы кто-нибудь не напомнил Франциску о ворохе проблем, которые надо было решать. Неспокойно было внутри страны. Камнем преткновения, как и несколько лет назад, стала религия. Чем больше становилось кальвинистов, тем дальше росло число недовольных католиков. Приверженцы нового течения расхрабрились и теперь позволяли себе разного рода 'дерзости', как называли это богобоязненные защитники 'истинной веры'. Сорбонна становилась все настойчивей в своих требованиях начать преследования еретиков — дым от костров 1525 года быстро рассеялся, и его оказалось недостаточно. И это все в его Франции. Внешняя угроза тоже никуда не исчезала: Карл V вскоре станет требовать выполнения Мадридского договора, по которому Франциск должен отказаться от итальянских притязаний и передать  Императору Бургундию, Артуа и Фландрию, а кроме того жениться на сестре Габсбурга. Был еще и Генрих Тюдор, 'кузен', который пока не напоминал себе, но при первой же возможности поспешит исправить это дело. И вот, каждый божий день ему неустанно указывали на эти проблемы, словно он до сих пор был где-то за пределами Франции и не мог самостоятельно судить о положении вещей. Видимо, от него ожидали, что вернувшись из плена, он облачится в черное и больше никогда не будет улыбаться. Но Франциск посчитал, что выказывать тревогу и сомнения будет неверным ходом, наоборот, он должен вернуться из плена тем же человеком, которым туда попал. Поражение многому научило короля, но не изменило его самого, так что он сохранял видимость довольства и уверенности, беззаботности и всепрощения...
Однако с сестрой Франсуа мог более не разыгрывать комедию. Доселе он и впрямь был в отличном расположении духа, но последние слова Маргариты спустили его с небес на землю.
- Что-то мне подсказывает, что ты со своими дамами не вышиванием занималась, - медленно произнес Франциск, пристально глядя на сестру, которая, в свою очередь, прожигала взглядом скатерть. - Я так понимаю, темой сегодняшнего вечера будет не очередной сонет месье Маро?
Он отложил салфетку и отставил кубок с вином. Король был уверен, что речь пойдет о проклятом договоре. Его министры не смогли предложить ничего путного по этому поводу, словно их подкупили испанцы. Что же скажет ему его умница-сестра, которой удалось вытащить его из плена?
- Я слушаю тебя.

Отредактировано Франциск Валуа (2013-10-09 01:35:02)

+4

7

Подавив печальный вздох, Маргарита, наконец, подняла свои глаза, такие же темные как и у Франциска, на брата. Меньше всего на свете старшая сестра французского короля хотела становиться причиной его дурного настроения, особенно когда буквально минуту назад он всем своим видом излучал радость и веселье. Но теперь его лицо приобрело выражение мрачное. На миг тень отразилась и на личике наваррской королевы, но уже в следующую секунду она заставила себя кротко улыбнуться брату, надеясь тем самым если ни вернуть ему былое расположение духа, то хотя бы приободрить.
-Ну, не все же нам обсуждать месье Маро, хотя он и невероятно талантлив, - пожав плечиками, ответила Маргарита, упорно стараясь придавать голосу тон легкий, непринужденный, почти беззаботный. Ей не хотелось делать и без того непростой предстоящий разговор еще более удручающим.
-Тем более, иногда мои дамы говорят кое-что весьма занимательное, что было бы интересно услышать и тебе, Франсуа, - она вновь улыбнулась и, протянув руку, ласкающим движением коснулась руки брата. - Например, совсем недавно на одну любопытную мысль навела меня мадам де Ля Треймуль. Никогда ли Вы не задумывались, мой брат, о том, что от исполнения этого ужасного договора с Императором, Ваше Величество может спасти возрождение одного старого союза?

Отредактировано Маргарита де Валуа (2013-23-09 17:34:01)

+2

8

Наблюдая за сестрой, Франсуа не мог не отметить ее самообладания. Этой добродетели ему как раз не доставало чаще всего.  Он знал, как она его любила, ему нравилось думать, что он – самое главное в ее жизни. Как только ей представилась возможность, она покинула свое Наваррское королевство, чтобы находиться подле него. Маргарита украсила бы любой двор Европы, но обладать этим сокровищем посчастливилось Франсуа.
Он громко вздохнул, так, словно ему на шею повесили тяжелый груз. Монарх действительно был обременен многими заботами, и отыскать ключ к решению одной из главных проблем сейчас предлагала ему сестра.  В характере Франсуа было бы шутливым тоном отмахнуться, сказать, что разговор этот лучше перенести на другой вечер. Но он и так слишком долго валял дурака, пора ребячества кончилась.
- Воистину, вы не о шляпках говорили… -усмехнулся он.
Что за загадочные существа – женщины. Кажется, что они созданы ублажать мужчин и рожать наследников, как вдруг преподносят очередной сюрприз. Маргарита – другое дело, она его сестра… Но вот что до остальных, то он предпочел бы, чтобы они держались в рамках, установленных природой. Он любил слабый пол, любил горячо и страстно, порой даже безрассудно, но ему совсем не импонировало, когда прекрасные создания вмешивались в дела мужчин. И даже бездонные глаза Луизы Борджии не заставят его думать иначе.
- Мадам де Ла Треймуль, безусловно, разбирается во многих вещах… и, видимо, в политике тоже, – снисходительный тон, взгляд, полный иронии. – Чтож, при первой же возможности я отблагодарю ее за участие... Ладно! –  воскликнул он и хлопнул в ладоши. – К делу! – Когда Франциск хотел, он мог быть очень серьезным. – Речь идет о союзе с Англией? Уверен, кузен Анри безумно истосковался по нам.

Отредактировано Франциск Валуа (2013-07-10 23:17:26)

+2

9

Маргарита благоразумно не обратила внимания на ехидное замечание Франциска о способностях ее воспитанницы. Оставим мужчин жить в этой сладкой иллюзии, что миром управляют лишь одни они. В то время как на самом деле, порой лишь только тонкий ум женщины способен победить там, где проигрывает лишенный всякого изящества холодный грубый разум мужчин.
-Ну, может и не истосковался, но союзу с Францией, уверена, он будет более чем рад, - дерзко сверкнув глазами в сторону брата, ответила Наваррская королева. – Посудите сами, Ваше Величество. Карл Габсбург только что предал его, не сочтя нужным советоваться со своим союзником, - о том, что советоваться Император с английским королем должен был на счет того, стоит ли выпускать Франциска из плена, сестра недавнего пленника говорить, конечно, не стала. – Зная нрав Генриха Тюдора, он, наверняка, в бешенстве. И будет рад любой возможности отомстить своему обидчику.
В этом сестра французского монарха не сомневалась. Как известно, лучше всего двух людей объединяет ненависть к кому-то третьему. Интересы Франциска I и Генриха VIII сейчас совпадали как никогда раньше – отомстить ненавистному императору было страстно желанным делом для обоих королей. Но как и всегда, существовало одно «но», которое нужно было устранить до того, как давние «друзья» назовут себя союзниками и станут «дружить» против общего врага.
-Только английский король также славится и своей непостоянностью, - продолжила Маргарита, расправив невидимые складки на юбке и вновь подняв взгляд на Франсуа. - Мы не сможем доверять ему полностью, пока не будем уверены в том, что он ни за что не предаст нас. И, думаю, есть лишь один способ заставить короля Англии быть верным союзником до конца.

+3

10

Плен сказался на Франциске не лучшим образом. Пребывая в заточении, монарх томился от безделья. Поначалу он был полон уверенности, что в ближайшем будущем его вытащат, откупившись золотом и пустыми обещаниями, но время шло, и надежда на скорое освобождение таяла, а некоролевские условия нагоняли все большую тоску. Таким образом, за год плена Франсуа изменился, ожесточился, но будучи хорошим актером, умело скрывал это, однако внутреннего стержня у него как не было так и не появилось. По возвращении во Францию ему хотелось только одного – забыть обо всем и наслаждаться жизнью. Однако, не смотря на внешнее легкомыслие и праздность, душу его неизменно занимала мысль о мести Габсбургу, но вот переходить от размышлений о том, как потяжелее обрушиться на голову Императора, к практике он не спешил, ведь в руках заклятого врага были его сыновья. И вот его обожаемая сестра предлагает союз с Тюдором, скрепленный браком.
- Как жаль, друг мой, что ты уже носишь корону Наварры, а в Англии уже есть королева,  - с улыбкой заметил Франциск. – Однако у Генриха есть дочь… у меня же трое сыновей, - последняя мысль доставляла ему особое удовольствие: у Тюдора не было наследника мужского пола, в то время как у Валуа их было трое. – Но однажды, помнится мне, мы уже заключили помолвку принцессы Мэри и Франсуа, как и "вечный мир", и что из этого вышло? Иметь дело с англичанином себе дороже, - с явным пренебрежением добавил он. – Разве что только на этот раз мы обведем его вокруг пальца, оставив за бортом. Но Генри не согласится отдать дочь за Шарля – ему подавай дофина.
Рассуждая вслух, Франциск активно жестикулировал: взмахивал руками, описывал ими в воздухе круги и неподдающиеся описанию сложные фигуры. Чем больше он думал об испанцах и англичанах, тем сильнее заводился и становился все несговорчивее. Мысль же о том, чтобы самому жениться на принцессе Мэри он даже не допускал - хватит с него и сестрицы Габсбурга.

Отредактировано Франциск Валуа (2013-14-11 20:39:56)

+2

11

Слова о наличии в Англии королевы вызвали в памяти приезд во Францию кардинала Уолси, когда Маргарита еще носила траур по усопшему герцогу Алансонскому. Лорд-канцлер тогда недвусмысленно давал понять, что вдовствующая герцогиня смогла бы заменить на английском троне Екатерину Арагонскую. Намеки эти вызвали резкое негодование, а брат запретил Маргарите встречаться с английскими послами. И теперь от подобных слов нервная усмешка самовольно появилась на губах, но тут же скрылась, не оставив и следа.
Уверенность брата, что речь идет о помолвке принцессы с одним из его сыновей, ничуть не удивила принцессу. Конечно, он и в мыслях не мог допустить, что станет женихом этой девочки, тем более, когда согласно Мадридскому договору он должен был взять в жену Элеонору, сестру Карла Габсбурга. Но английская принцесса ведь была куда более удачной партией, учитывая, что ее отец мог оказать столь необходимую помощь.

-Да, конечно, он не захочет отдавать свою единственную дочь всего лишь за второго сына, - начала королева Наварры, когда брат закончил свою пламенную речь. Явно, разговор этот был ему не по душе. Вряд ли Франсуа рассчитывал на то, что после удачной охоты, он будет вести беседу не о своем искусном мастерстве, а о ненавистном императоре и также не особо любимом Генрихе Тюдоре. Но если уже начала, то поздно отступать назад. – Но, думаю, не только дофин устроит нашего дорого английского кузена. Уверена, что он не отказался бы от того, чтобы его юная дочь стала супругой не наследника, а самого короля. И если принцесса Мария станет королевой Франции, то ее отец уже не посмеет предать нас.

Отредактировано Маргарита де Валуа (2013-26-11 22:04:52)

+4

12

Увы! Таков удел сильных мира сего – сыграть блестящую партию, удачно женить своих детей или же пойти под венец самому. Браки титулованных особ не заключаются на небесах. Разница между мужчиной и женщиной в таком расчетливом вопросе лишь в том, что мужчина может повлиять на свою участь, он может решать, в то время как особе прекрасного пола надлежит подчиняться воле других. Франциск, однако, не видел за собой преимуществ - выбирать было не из чего, оба варианта были сомнительными.
Брови короля нахмурились, он наморщил лоб. «Честное слово, лучше принять обет безбрачия», - размышлял он. - «Самый простой выход - уйти в монастырь. Вести тихую жизнь, далекую от мирских забот. Есть, пить, спать и иногда молиться», - он вздохнул. – «Уйти в монастырь… Женский».
Однако от этих мыслей монарху сделалось только хуже. Хорошо сидеть и мечтать, но надо было что-то отвечать сестре, причем по возможности не выказывая, насколько ему противен этот разговор.
- Не посмеет, верно… чего не скажешь о Габсбурге. Я не доверяю этим испанцам.
Франциск не доверял никому. Он задумался. Теперь против каждого своего соседа он имел что-то личное. Но, если разобраться, Император нанес ему несоизмеримо большее оскорбление. И, видимо, этот святоша очень расстроил Тюдора, отпустив Валуа на свободу… «Дружить с Англией? А почему бы нет? Столько раз дружили, можем подружить еще раз!» - Франциск пристально посмотрел на сестру. – «Может, к тому времени, когда Тюдору передадут наши заверения в самых теплых чувствах, Карл V помрет от какого-нибудь сквозняка?».
- Мы готовы обдумать это предложение, - сказал он, наконец, после затянувшегося молчания. – Это интересно. Благодарю. И передайте мадам де Ла Треймуль наше почтение,  мы ценим ее заботу о королевстве.

+4

13

Женские пальчики опустились на колени, судорожно сжав бархат верхних юбок. Франциск нахмурился, стоило ему только услышать, что именно предлагает сестра. И сердце Маргариты болезненно сжалось, когда он ровным сдержанным тоном ответил ей. Было бы легче, если бы он проявил хоть немного больше эмоций. Пусть даже посмел кричать, о том, что никогда больше не доверится Тюдору. Тогда ей было бы проще убедить его в верности этого выбора, чем сейчас, когда ей оставалось только молча смотреть на мрачное лицо брата и чувствовать себя виноватой в том, что она испортила ему день, который так удачно у него начинался. Она уже жалела, что вообще посмела заговорить с ним об этом, да еще и упомянула свою воспитанницу. Возможно, было бы лучше, если бы о союзе с Генрихом VIII первая с Франсуа заговорила Луиза Савойская. У матушки, наверное, получилось бы проявить настойчивость и спокойно продолжать, когда Франсуа мрачнее тучи и явно не настроен сейчас обсуждать планы о своей возможной женитьбе.
Хотя с другой стороны, Маргарита не была бы собой, если бы первой не стремилась помочь брату. А только безмерная не требующая ничего взамен сестринская любовь заставила принцессу заговорить об этом с французским монархом, и именно она же не давала останавливаться. И в следующую секунду наваррская королева вновь ласково улыбалась брату.

-Мадам де Ла Треймуль будет счастлива услышать, что ее мысли вызвали у Вас интерес. Она предана Вам всей душой и не желает ничего иного, как быть полезной Вашему Величеству. Как и я, Франсуа, - она сделала паузу и подняла на брата глаза, сияющие неподдельной всеобъемлющей любовью и желанием угодить любой ценой, а потом, глубоко вдохнув, все же решилась продолжить, прилагая все усилия, чтобы голос не дрогнул и звучал непринужденно:
-Принцесса Мария, конечно, еще совсем ребенок. Ей нет и двенадцати лет. Но ведь Генрих не будет дожидаться свадьбы и окажет нам поддержку, как только будет заключена помолвка. А два-три года – это немного, чтобы подождать пока невеста достигнет брачного возраста. Вы же наверняка помните ту чудесную девочку, которой она была, когда состоялась помолвка с юным Франциском? Уже тогда она обещала вырасти настоящей красавицей.

+3

14

Маргарита одной своей очаровательной улыбкой разбила все его надежды на то, что этот разговор окончен. Франсуа шкурой чувствовал присутствие в комнате Тюдора и Габсбурга, которые, словно двое демонов, боролись за его душу.

- Позволь мне напомнить тебе, - плохо сдерживая раздражение, сказал Франциск, - что в руках императора находятся двое моих сыновей, в его руках находится Дофин, - последнее слово он произнес с особым нажимом. – Тюдор может не поспеть со своей помощью, а принцесса Мэри может оказаться неспособной родить сына – дурная наследственность. Я не хочу рисковать мальчиками. И, если на чистоту, у меня нет причин доверять Тюдору.

Немного выпустив пар, Франсуа успокоился и добавил примирительным тоном:

- Но то, что я сказал остается в силе: я подумаю над этим. Такие вопросы не решаются за один час. В конце концов, утро вечера мудренее, - заключил он скептически, однако выдавил из себя кривое подобие улыбки: - Надеюсь, что из тюдоровской крови выйдет что-нибудь путное. Девчушка и вправду миловидная, но и кузен Анри когда-то был славным ребенком, а что с ним сталось теперь?

Король состроил гримасу, подражая английскому монарху, когда тот бывал в гневе. Но какой бы ненавистью Валуа не пылал к Тюдору, Габсбурга он ненавидел еще больше.

- Я пришлю ему в подарок зеркало...

+2

15

«Но вы уже рискнули ими, сир, отдав в плен Карлу!» - неожиданно для самой себя мысленно возмутилась Маргарита.

Слова брата больно ужалили. Она не заслужила подобного тона, в котором почти не скрывалось раздражение. Но негодование привычным образом быстро улетучилось, потому что эта женщина просто не умела злиться на своего младшего брата. Луиза Савойская растила свою дочь всегда в атмосфере любви к Франсуа, едва ли не преклонения перед ним, и подобно тому, как отлично маленькая Маргарита усваивала уроки своих учителей, столь же крепко она переняла эту всепоглощающую, безграничную любовь к Франциску. Поэтому все возмущения даже не остались в мыслях, они просто исчезли, будто никогда и не появлялись в темноволосой головке наваррской королевы.

-Как пожелаете, Ваше Величество, - ей нужно было всего несколько секунд, чтобы избавиться от этого липкого чувства разочарования. И она вновь улыбалась: тепло, смиренно, без тени обиды. И даже слегка рассмеялась над гримасой, которую состроил на лице брат, и над замечанием про зеркало, которое могло бы быть полезными их «дорогому» английскому кузену.

А тем временем перед мысленным взором отчего-то предстало лицо молодой светловолосой дамы. «Мадемуазель  д'Эйли…» Не то чтобы внезапно появившаяся идея была очень по душе, а Анна де Писсле вызывала доверие и симпатию, но почему нет, если Франсуа не воодушевился идеей союза с Англией и Тюдором? Возможно, у этой дамы получится убедить французского монарха в выгоде этого союза лучше, чем его сестре.

Отредактировано Маргарита де Валуа (2014-19-01 02:03:18)

+2


Вы здесь » The Tudors / Тюдоры » Французский берег » Женская дипломатия