The Tudors / Тюдоры

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » The Tudors / Тюдоры » 1533-1536 » Благие пожелания


Благие пожелания

Сообщений 1 страница 16 из 16

1

1536 год, Вулфхолл
Королева Анна еще жива, но над ней сгустились тучи. Выбор Генриха VIII очевиден, и его возлюбленная Джейн Сеймур вот-вот услышит заветные слова. В это непростое время она приезжает повидаться с семьей в родовое поместье, где ее вызывает на откровенный разговор младший брат.

Участники: Джейн Сеймур, Генри Сеймур

0

2

В эти дни в фамильном гнезде Сеймуров царил переполох, вызванный приездом Джейн. За последние месяцы она возвысилась так, как никто и представить не мог, и за плотно закрытыми дверями в кабинете старшего Сеймура не раз звучало осторожное "королева". Нынешняя супруга Тюдора ожидала приговора в Тауэре, но ее отдаленное родство с семьей Сеймур уже никого не волновало. Скромница Джейн - вот кто сейчас был в центре внимания. В разгар событий она благоразумно решила покинуть Уайтхолл и навестить родителей, и слуги сбились с ног, готовясь к ее прибытию.
Генри очень ждал встречи со старшей сестрой, к которой был очень привязан, хотя в последний раз видел ее уже давно. Ему казалось, что занять трон изгнанной, а то и убитой королевы - это нечто кошмарное и отвратительное, и Генри с ужасом спрашивал себя: неужели его добрая, милая сестра ни капельки не боится? Юноша не осуждал никого, но ему не терпелось узнать, как чувствует себя Джейн и может ли он чем-нибудь поддержать ее. Поэтому в день приезда сестры он ужасно волновался и с самого утра буравил взглядом подъездную аллею, высматривая экипаж.
Но, как он ни старался, прибытие Джейн Генри пропустил. К отцу заявились арендаторы с какими-то просьбами, и тот досадливо направил их к управляющему, а младшего отпрыска послал проконтролировать, чтобы "эти бездельники убрались по домам довольными". В результате Генри битый час проторчал в конторе, слушая споры о двух мешках ржи, и на сей раз его это совершенно не занимало. Когда он вернулся, слуги уже водили по кругу разгоряченных лошадей, а вещи Джейн были перенесены в ее комнату. От кучера юноша узнал, что его сестра прибыла около часа назад, и отец увел ее куда-то в дом. Проклиная все на свете, Генри отправился в сад и плюхнулся на скамейку, надеясь, что родители потерпят с наставлениями хотя бы до ужина и позволят Джейн отдохнуть и прогуляться, и тогда ему удастся побыть с сестрой наедине.
Он и сам не знал, почему не пошел в дом: то ли не хотел получить нагоняй от отца за задержку, которую тот сам же и устроил, то ли оттягивал момент встречи, чтобы увидеть сестру подальше от бдительного родительского ока.
Через некоторое время терпение Генри было вознаграждено: он увидел, как Джейн, успевшая сменить дорожное платье, неспешно идет среди деревьев. "Наверное, она скучала по дому", - подумал юноша и внезапно осознал, что все это время ужасно боялся встречи с сестрой. Вдруг она забыла его и будет совсем не рада? Изменилась она или осталась прежней? Впрочем, размышлять было некогда. Как только девушка приблизилась, Генри вскочил со своего места, выпалил:
- Джейн! Ты приехала! - и умолк, гадая, что делать дальше: как раньше, с веселым хохотом заключить сестру в объятия или церемонно поклониться будущей королеве Англии.

Отредактировано Генри Сеймур (2013-26-09 17:05:55)

+7

3

У Джейн последние месяцы голова шла кругом. Дошло до того, что она в зеркало смотрела с опаской - словно проверяла, осталась она прежней или изменилась. То, что происходит вокруг нее, не могло ведь не наложить на нее отпечаток. Но нет. Она всё так же живёт, дышит, говорит, улыбается, даже смеется. Но при этом ее уже открыто называют королевской невестой. Та, что приходится ей кузиной, находится в Тауэре под гнетом страшных обвинений, невероятных, чудовищных в своей тяжести. Одно из двух – либо она действительно воплощение всех семи смертных грехов и сопутствующим им пороков, либо оговоренная женщина, попавшая в жернова. Мисс Сеймур не позволила себе ни одного дурного слова в адрес Анны. Более того – жестко одергивала тех, кто в своём безумии, пытаясь снискать расположение новой фаворитки, злословил в ее присутствии. В Уайтхолле ей казалось, что еще немного и она сойдет с ума. Не выдержит этого страшного напряжения, этой свинцовой тучи, которая подмяла под себя весь двор. Король умолял ее не уезжать, осыпая поцелуями ее руки. Она смогла уговорить его, убедив, что ей необходимо придти в себя и отдохнуть. И вот теперь она дома…
Весенняя трава, запах свежей листвы, девушка щурилась от солнца, которое навязчиво пыталось заставить ее отвести взгляд. Раздавшийся оклик был настолько внезапным, что Джейн вздрогнула. Но потом широко раскрыла глаза, всплеснула руками.
- Генри! – коротко, ликующе-звонко выкрикнула она, подавшись навстречу.

Отредактировано Джейн Сеймур (2013-27-09 19:29:37)

+2

4

Радостный возглас Джейн развеял все сомнения юноши, и Генри немедленно привлек сестру к груди, про себя вздохнув с облегчением. Какая разница, что произошло за это время, - это по-прежнему была Джейн, и она приехала домой.
Наконец выпустив сестру из объятий, Генри увлек ее за собой по дорожке, не зная, с чего и начать. За время разлуки он нередко подмечал какие-то детали, старался запомнить забавные происшествия, чтобы потом пересказать Джейн, но на бумаге это выглядело топорно и скучно, и писать Генри практически перестал, а теперь, когда была возможность побеседовать лично, он обо всем забыл. Но не век же молчать? Генри искоса посмотрел на сестру и усмехнулся:
- Что, в Уайтхолле так спокойно не погуляешь? Не знаю, чем вы там занимались как фрейлины, но вряд ли у тебя было много свободного времени. Здорово, что ты решила приехать, и сама отдохнешь немного, и нам тут веселее. Отец чуть с ума не сошел, когда узнал, что ты собираешься сюда. Слуги сутками не спали, готовили тебе комнату, драили тут все, как заведенные. Ты теперь важная птица, почище Эда!
Генри был доволен собой - кажется, он затронул опасную тему достаточно аккуратно. Он не хотел уподобляться родителям и набрасываться на Джейн с вопросами - по правде сказать, он вообще предпочитал не навязываться, следуя принципам сэра Гавейна из рыцарских легенд: все, что тебе нужно знать, тебе расскажут сами. Но совсем удержаться он не мог, главным образом потому, что видел: сестра весела и выглядит вполне довольной, но откуда же эта особенная бледность и легкие, почти неразличимые тени под глазами? Видимо, не все в ее жизни так просто и заманчиво, как расписывают отец и братья...
Их путь пролегал мимо лужайки с несколькими молодыми деревьями - их сажали по случаю рождения каждого нового ребенка в семействе. Генри взял сестру за руку и подвел ближе. Яблоня, посвященная Джейн, раскинула ветви под майским солнцем и была усыпана белыми цветами.
- Смотри, какая красота! Я смотрю на нее и всегда думаю о тебе, сестрица, надеюсь, что у тебя в душе тоже все цветет. - Юноша запнулся, потому что еще никогда не говорил ничего подобного женщине, даже если это его родная сестра. Когда они были детьми, все было куда проще, а сейчас младший Сеймур вошел в пору юности, и слова давались с трудом. - Я скучал по тебе, Джейн. Скажи, у тебя правда все хорошо?

Отредактировано Генри Сеймур (2013-14-10 13:44:13)

+3

5

- Я тоже скучала по тебе, Генри. Очень скучала, мой дорогой. А ты очень возмужал. Был мальчиком с первым пушком над губой, а теперь я вижу перед собой красивого молодого мужчину.
Джейн устремила взгляд на цветущие ветви. Яблоня. Символ процветания, радости, невинности. И вместе с тем – раздора и искушения. Неоднозначное дерево. Вот и на душе у мисс Сеймур давно не было спокойно. Семейство в восторге. Ее и впрямь встретили как самую важную гостью. Отец потирает руки, мать – горда, Эд и Томас расхаживают, задрав нос с независимым видом, как королевские шурины. Мисс Сеймур пришлось напомнить им, что еще рано ликовать, однако бесполезно. Сеймуры горды, их честолюбие велико. И теперь, когда они вот-вот должны были занять положение, которого, как они полагали, они давно заслуживают, ничто не могло осадить их.
- Хорошо ли у меня всё? Генри… - молодая женщина закусила губу, - полагаю, ты единственный, кого это и впрямь интересует. Моё состояние, а не мои отношения с королем, - она благодарно поднесла руку брата к своей щеке, а потом к губам, запечатлев на ней искренний и теплый сестринский поцелуй.
- Ты, да еще, пожалуй, Лиз. Но уверен ли ты, что желаешь услышать всё, как есть? С тобой я могу быть откровенна, братец. Я могу поделиться с тобой. Но вместе с тем мне не хочется переваливать на тебя свой душевный груз. Ты далёк от всего этого, да и слава Богу...
Джейн смотрела в глаза брата, так напоминавшие ее собственные. Тот же разрез и цвет. Даже ресницы такой же длины. Впрочем, еще с детства они все смеялись: у Генри ресницы - девчонка позавидует.

Отредактировано Джейн Сеймур (2013-14-10 11:15:51)

+1

6

Комплимент сестры польстил Генри, для которого не было ничего страшнее, чем так и остаться вечным мальчиком, малышом Генри, который ни на что не годен. И хотя изменения коснулись пока только его внешности, а не занятий, ему было очень приятно мнение Джейн. Юноша благодарно улыбнулся и заметил:
- А ты всё хорошеешь, сестрица! Ручаюсь, при Дворе ты производишь впечатление! Бледновата, конечно, но чего можно ожидать, постоянно находясь в дворцовых коридорах...
А вот душевное состояние сестры, как и боялся Генри, похоже, не было таким уж прекрасным. Она была явно тронута искренним вниманием, но юноша видел, как тень затаённой грусти легла на ее лицо, и ему еще острее захотелось защитить Джейн от всех напастей, какими бы они ни были. Поэтому он порывисто сжал руку сестрицы, которой она держала его ладонь, и горячо воскликнул:
- Я был бы рад сделать для тебя что угодно! Ты права, я уже не тот мальчишка, которого ты оставила, уезжая в Лондон. Ты можешь подумать, что сидя в деревне, легко рассуждать о том, что делается при Дворе, и это справедливый упрёк, но поверь, мне действительно не всё равно, что с тобой происходит. Если я не могу для тебя ничего сделать, то уж выслушать всегда готов. Так что можешь не сомневаться, я хочу знать всё.
Генри пристально посмотрел на сестру, вспомнил, какая молва ходила о нраве Тюдора, которому никто и никогда не должен был отказывать, и спросил, понизив голос:
- Джейн, уж не обижает ли тебя король?

+1

7

На губах молодой женщины, словно огонь светлячка, появилась и потухла чуть горьковатая улыбка.

- Обижает? Нет, мой дорогой. Король очень со мною обходителен. Мне даже кажется, что его тон по отношению ко мне для него самого непривычен. Он пишет мне записки. Дарит подарки. И просит о свидании, словно он не повелитель Англии, а мальчишка. И будто я не его служанка. Мы разговариваем часами, играем в карты... Когда он едет куда-то - то просит сопровождать его. Мне должно льстить подобное внимание, однако... Генри, я ощущаю себя меж Сциллой и Харибдой. Никогда еще мне не было так худо. Видит Бог, мне хочется стать невидимкой. А лучше - бежать. Бежать как можно дальше...  Я хожу по Уайтхоллу, стараясь быть как можно незаметнее. Однако если я долго не попадаюсь Его Величеству на глаза, он тут же посылает за мной и умоляет о моём обществе, говоря, что тоскует, что я для него - как глоток чистого воздуха, единственный светлый луч. Он даже готов видеться не наедине - чтобы беречь мою репутацию. Я слышу шепот, вижу льстивые взгляды.

А арест королевы у меня до сих пор стоит перед глазами. Я знаю, что моей вины в том нет. Моя совесть должна быть чиста. Ей-Богу, я не делала ничего, чтобы привлечь к себе внимание короля. Я не позволяла ни себе ни ему ничего предосудительного. И всё же мне не просто страшно. Мне нехорошо на душе... Исповедь не помогла.

Свернутый текст

Приношу искренние извинения за свою оплошность!

Отредактировано Джейн Сеймур (2013-23-10 14:16:53)

+1

8

Слова сестры в очередной раз заставили Генри задуматься о том, какой странной и непредсказуемой может быть жизнь. Анна Болейн, которая добивалась любви Его Величества и короны несколько лет, стала жертвой своих же усилий. А Джейн, которая ровным счетом ни на что не претендовала, вдруг стала объектом его деликатных ухаживаний. В это было бы сложно поверить - если бы, конечно, хоть кто-то в мире мог поставить под сомнение искренность Джейн Сеймур. У Генри таких сомнений не было, но тревога от этого не становилась слабее.
- Дорогая, я нисколько не сомневаюсь, что ты ничего не делала намеренно, - промолвил Генри, сжав в руке тонкие пальцы своей сестрицы. - Тебя не в чем упрекнуть, но я понимаю, как непросто тебе вдруг стать центром всеобщего внимания и пересудов. Тем более, в таких обстоятельствах... - Генри поежился. - Если честно, то, что сейчас происходит в Лондоне, меня тоже пугает. Еще как пугает, хотя мои волнения и близко не стояли к тому, что сейчас испытываешь ты. Но я уверен, что тебе не в чем себя упрекнуть, дорогая. И никто не сможет. Конечно, сейчас только об этом и говорят - еще бы, не каждый день королева Англии оказывается под арестом, но, кто знает, может, для этого и вправду есть основания...
Генри умолк, испугавшись собственных слов. Виновна королева или нет, сама мысль о том, что молодая красивая женщина, недавно блиставшая во дворце, вынуждена томиться в мрачных стенах Тауэра, ожидая неведомого приговора, вызывала дрожь. Тряхнув головой, Генри вернулся к беседе.
- ... Так вот, конечно, слухи сейчас распускают все, кому не лень, и ты правильно сделала, что приехала домой, подальше от этого пчелиного роя. Но твоя добродетель настолько очевидна и непоколебима, что никто не посмеет сказать и слова против тебя. Они все умолкнут, увидев, какая ты на самом деле. А ты просто чудо, сестрица! - Генри ободряюще улыбнулся. - Я не удивлен, что Его Величество так тебя ценит.
Был еще один вопрос, который не давал юноше покоя, и он решил, что сейчас самое время его задать.
- Король ухаживает за тобой и, похоже, питает самые нежные чувства. Если он смотрит на тебя с таким же восторгом, как тогда, когда мы впервые встретили его здесь, в Вулфхолле, то его намерения серьезнее некуда. Но... нравится ли тебе он сам?

0

9

- О, Генри! - горько усмехнулась молодая женщина, качнув головой и ответив брату пожатием руки, - мой милый, дорогой братец. Ты хотел от меня откровенности. Что же, я буду откровенна до конца. Ты не знаешь двора. Это не пчелиный рой. Это змеиное гнездо. Я хорошо успела понять это. Ты знаешь меня - я ненавижу дурно отзываться о людях, я делаю всё, чтобы видеть в них лишь лучшее. Но я своими глазами налюбовалась на то, как возникает дым без огня. Как умеют извратить очевидное. И неоднократно. Когда ты ежесекундно находишься под недобрыми взглядами, которые обильно приправляют приторные улыбки, возникает ощущение, что ты - загнанное животное. Здесь, дома, меня просто оглушает тишина. И я всё еще не могу к ней привыкнуть. Я сбежала. Просто сбежала и теперь наслаждаюсь этим. Даже если ненадолго.

Вопрос об ее отношении к королю заставил мисс Сеймур задуматься.

- Я испытываю к королю весьма неоднозначные чувства, - призналась она, - когда я смотрю в его глаза, я вижу в них столько глубинной боли... Усталости. Его груз невыносим даже для такого сильного человека, как он. Он много старше меня, Генри, а его титул и его долг перед страной добавляют добрых несколько десятилетий. Он удивительный собеседник. Его речь течет так непринужденно, я слушаю его и восхищаюсь им. Понятно, как он может двумя словами вызвать беснование толпы и ликующие крики тех, кто день назад называл его чудовищем. Но когда мне случается видеть его в гневе, хоть он и всячески старается не показываться передо мной таким, не пугать... Душа у меня уходит в пятки. Я видела, Генри, видела своими глазами, каким идолом была для него королева. И за нею он ухаживал. Я знаю, ты скажешь, мы полные противоположности...
Ты сказал, что, возможно, она виновна. Я не судья. Но какая безумная, сидя на троне, согрешила бы с собственным братом и еще доброй сотней мужчин? Именно в этом ее обвиняют. Более того - ее обвиняют в колдовстве, будто бы она приворожила монарха. Господи, да ты сам знаешь, как Анна расчетлива. Да, она порывиста. Амбиции захлестывают ее. Но она не сумасшедшая, чтобы творить такое перед носом у короля Англии! Подумай, подумай сам! И делай выводы. Я своими глазами видела, как возвращались ее фрейлины после допроса. Допрашивали почти всех. Меня эта участь миновала лишь по личному распоряжению короля. КАК их допрашивали? Этого я не знаю. Но я видела их лица. А маленькую Елизавету он не желает видеть. Несчастное дитя, бедная маленькая принцесса. Господи, да она копия отец, -
прошептала Джейн, голос ее дрогнул.

Отредактировано Джейн Сеймур (2013-31-10 12:52:25)

+1

10

- Именно поэтому я совершенно не хочу узнавать Двор и его порядки! - выпалил Генри. Он остро ощутил, как ему противно то, что делается в столице, и тот факт, что в эти гнусные дела оказались замешаны сначала его братья, а теперь и сестра. Но Эдвард и Томас хотя бы могли постоять за себя, они уверенно ориентировались в тайных течениях и знали механизмы влияния на людей, а потому ощущали себя уверенно. А что могла сделать слабая женщина? Конечно, обсуждать решения старших было негоже, да Генри и не претендовал, но в глубине души не раз подумывал, что лучше бы Джейн и Лиз выдали замуж за достойных молодых людей и позволили жить тихой, счастливой жизнью. Вместо этого одна из его сестер должна была ублажать престарелого мужа, а вторую направили поближе к королю с явным расчетом на то, что мисс Сеймур привлечет его внимание. Теперь это оборачивалось для семейства триумфом, но видели бы они лицо Джейн сейчас, когда она рассуждает о месте, где ей придется жить до конца своих дней!
- Что ты, Джейн, я и не знал, что обвинения в адрес королевы так абсурдны! - Генри действительно не посвящали в подробности дела, он слышал, что Анна Болейн обвиняется в измене, но такое? В очередной раз он убеждался, что чем выше положение ты занимаешь, тем меньше ценится твоя жизнь сама по себе. - Это ужасно! И конечно, я никогда не смогу понять, как можно заставлять страдать детей. Для меня это слишком сложно...
Младший Сеймур снова задумался. Ему хотелось как-то поддержать сестру, но он как никогда ясно чувствовал, что ему не хватает опыта и мудрости.
- Все это большая игра, сестрица, и у нее огромные и страшные ставки. Мне кажется, я понимаю, каково тебе сейчас, и мне трудно подобрать слова, чтобы выразить все свои чувства. Ты не Анна, вы как огонь и вода, и в этом твое главное преимущество. Если Его Величество действительно так заботлив и добр к тебе, и тебе с ним хорошо и интересно, тебе нечего бояться: ты никогда не вызовешь его гнева, да и ничьего более, такова твоя натура. Единственное, чего я могу тебе пожелать, - это стойкости, чтобы не изменять своей природе и не поддаваться искушениям. А уж в том, что ты достойна любви и восхищения, я не сомневаюсь.

+3

11

- И всё-таки мне страшно. Я тоже уговариваю себя, но от этого не легче. Временами, когда я нахожусь подле короля, меня бросает в дрожь. Я сознаю, насколько переменчив его нрав, и мне очень страшно, Генри. Я не знаю, чем закончится суд над королевой...
Ты говоришь, что трудно выразить... Но тебе не обязательно подбирать слова, -
тихо ответила Джейн брату, - ты не представляешь, Генри, что для меня значит уже одно то, что мы с тобой разговариваем вот так. Я знаю, чувствую всё, что ты хочешь сказать. И мне становится легче. Я как будто чувствую тень той беззаботности, какой мы наслаждались в детстве. Помнишь, как мы тогда жили? Правда, - она провела ладонью по щеке младшего Сеймура, - это действительно так. Я смогу отдохнуть здесь, мы будем вместе обедать, всей семьей, будем с тобой гулять, ездить верхом, беседовать. Что бы ни было дальше, я буду вспоминать эти дни и они будут согревать меня.

Сердце молодой женщины сжала какая-то острая пронзительная тоска. Фаворитка короля, счастливица, на которую он обратил взор, которую выбрал из тысячи прекраснейших женщин, которой дарит дорогие подарки, выделил самые лучшие покои... Она ощущала себя песчинкой. Крошечной, невесомой... незначимой. А искреннее беспокойство в глазах брата, его голос, интонации, тепло его ладоней давали ей ощущение, что кому-то она действительно нужна. Генри всегда поймет ее и никогда не предаст.

Отредактировано Джейн Сеймур (2013-08-11 09:48:21)

+2

12

Генри вздохнул и молча прижал руку сестры к губам, тоже вспоминая беззаботное детство. Пожалуй, из всех детей благородного семейства Сеймур ему повезло больше всех: старших сыновей родители готовили к государственной службе, дочерей - к браку, и только он, третий сын, оказался не у дел и был предоставлен самому себе. Конечно, по большей части его это задевало, потому что противоречило идеалам, заложенным воспитанием и книгами, но в такие моменты, как сейчас, ему было яснее некуда: иногда гораздо лучше, чтобы о тебе все забыли. Похоже, именно этого сейчас хотела Джейн, на чьи плечи свалилось слишком многое, и Генри намеревался дать сестрице отдохнуть хоть немного, пока родители снова не начали атаку.
- Я счастлив, что могу хотя бы так поддержать тебя. И знаешь что? Я не намерен тихо ждать, пока мама с папой и наши важные братья начнут расспрашивать тебя, поучать и восхвалять - хотя последнее ты и заслужила. Ты давно не была дома и пропустила много изменений. Сад разросся, осина, посаженная в честь Дороти, уже высокая и крепкая, мистер Миллс - помнишь мистера Миллса, мельника? - так вот, он сделал возле мельницы на реке запруду и разводит там уток! И нянчится с ними, как с детьми, ты бы видела, как уморительно он подзывает их поутру! - Генри быстро направился по одной из дорожек сада, увлекая за собой сестру. Юноша болтал без умолку, довольный своим только что появившимся планом, и его лицо снова озарилось искренней улыбкой. - А наша серая кобыла принесла жеребенка, и Дороти все хотела для смеха назвать его Генри, потому что у него пушистая грива, вроде похожая на мои волосы. Но отец напомнил, что Генрихом зовут нашего короля, и это может быть расценено как насмешка над Его Величеством. Ты просто должна все это увидеть, сестрица! Как только нас позовут к ужину, мы снова окажемся при Дворе, только залы потеснее и народу поменьше. Отец, конечно, будет недоволен, ну и пусть ворчит! Это наше время, и я хочу провести его весело, если ты, конечно, не против.
Молодые люди вышли к конюшням, Генри оглянулся и увидел то, что искал: на подъездной дорожке стояла легкая коляска управляющего. Генри подскочил к ней, опустил ступеньку и важно поклонился Джейн:
- Добро пожаловать в Вулфхолл, миледи. Должно быть, Вы устали с дороги, но я, Ваш верный паж, не позволю Вам далее идти пешком. Прошу Вас, взойдите в сию карету, и я покажу Вам имение.
Юноша выпрямился и протянул руку сестре:
- Ну же, дорогая, соглашайся! Сколько бы ни было у тебя забот в Лондоне, все они остались там, а здесь твой дом, и я не позволю тебе грустить! Выбирай, что тебе больше нравится: весенние поля или река с толстыми забавными утками?

+1

13

Джейн с удовольствием огладила теплую умную морду гнедой лошади, пообещав себе после ужина зайти на конюшню с угощением.
- Паж? Да вы не только симпатичны, но еще и скромны... Душевно благодарю, милорд, за заботу, и с превеликим удовольствием воспользуюсь вашей учтивостью. Торжественно обещаю оставить все заботы вне Вулфхолла и оставить свой разум и душу открытыми для милых нам обоим мест... - чинно отвечала молодая женщина младшему брату и с забавно-чопорной гримаской сделала перед ним книксен, вкладывая свои пальцы в его руку. И тут же звонко рассмеялась.
- Давай поедем туда, Генри, куда глаза глядят, - отвечала она на вопрос брата, - я так скучала по нашему Вулфхоллу, что моему сердцу будет мило абсолютно всё! Я полностью доверяюсь тебе. Тут, дома, я везде могу дышать полной грудью и мне всё будет интересно. Мы с тобою всё успеем увидеть и проведать, я обещаю. Мы будем много гулять и говорить, и вспоминать наше детство.
Это была святая правда. Сейчас, когда Джейн оказалась вне придворных интриг, она отчасти ощущала себя переродившейся. Живой. Май... Животворный, ласковый, в этом году последний месяц весны выдался хоть и довольно дождливым, но теплым. И предвкушение такой небольшой прогулки, когда весенний ветер дует в лицо, наполняло душу совершенно детской радостью. Опираясь на руку брата, свободной рукой подобрав юбки, она легко взошла на ступени.
- Ну а ты, Генри? - спросила наконец мисс Сеймур, удобно усевшись на жесткое сиденье, которое так приятно пахло кожей. Это был запах детства, - ты, мой милый братец? Мы всё обо мне, а я так хочу услышать о твоей жизни. Мне так не хватало тебя! Ужасно. 

+1

14

Едва Джейн заняла свое место в новообретенном экипаже, Генри легко взобрался на козлы и тронул поводья, постаравшись придать себе как можно более молодцеватый вид. Настроение юноши намного улучшилось и теперь, когда самый тягостный момент разговора был позади, ему хотелось смеяться и радоваться жизни. Разворачивая экипаж в сторону обширного парка Сеймуров, он ответил на вопрос сестры.
- Моя жизнь, сестрица, вовсе не так уныла и однообразна, как может показаться на первый взгляд. С тех пор как я год прислуживал епископу Винчестерскому и произвел на него впечатление расторопного, но абсолютно не перспективного юноши - Генри произнес это важно и медлительно, подражая манере своего бывшего господина, - меня вернули сюда и наконец оставили в покое. Я много читаю, часто помогаю отцу и управляющему в делах имения, и полагаю, в этом преуспел куда больше, чем в ведении приходских книг и сборе пожертвований на нужды церкви. Мне нравится здешняя жизнь, Джейн, - Генри задумчиво уставился на панораму весенних полей, открывавшуюся далеко впереди, в конце аллеи. - Пожалуй, я не хотел бы стать придворным, вся эта роскошь и кипение жизни не привлекают меня. Другое дело - военное поприще, если бы Его Величество призвал меня защищать Родину и корону, я с радостью положил бы на это все силы и даже саму жизнь. Но Томас говорит, что я к этому не годен, у меня не хватит разумения и хватки. Возможно, он и прав... Впрочем, управляться с делами поместья мне тоже по душе, в отличие от батюшки, мне интересно, как живут наши люди, о чем думают, в чем нуждаются и чему радуются. Можешь обозвать меня дураком или подразнить девчонкой, как это делает Дороти, но я хочу жить спокойно и честно, и в мире со всеми.
Коляска преодолела длинную парковую аллею и вырвалась на простор зеленющих полей. Генри пустил лошадей рысью и подставил лицо свежему ветерку. Он понимал, что время близится к обеду, и родня будет ждать их дома совсем скоро. Но сейчас удовольствие от прогулки было так велико, что ему хотелось растянуть каждую минуту. Он обернулся на Джейн и увидел, что и она улыбается. Значит, он все сделал правильно. Довольно ухмыльнувшись, Генри снова обратил взгляд на дорогу. Сеймуры были в сборе, и все было именно так, как нужно.

+1

15

- Знаешь, братец, - качнула головой молодая женщина, продолжая улыбаться, - за последнее время я совершенно уверилась - никогда не знаешь, куда забросит тебя судьба. Но несмотря на то, что она тебе приготовила и несмотря на то, что ты мой брат, я хочу сказать тебе: ты не просто образованный и умный молодой человек, ты еще и чистое сердце и добрая душа. Таких людей как ты очень мало, братец. И если бы мы не появились на этот свет из одной утробы и от одного семени, я бы много отдала за то, чтобы узнать тебя и стать тебе другом. И если я могу дать тебе совет... Слушая слова отца и братьев, в самую первую очередь принимай к сведению то, что говорит тебе твоё сердце. Ты родился мужчиной, а значит, слава Богу, можешь сам выбирать свою судьбу. И я от всей души желаю тебе, чтобы тебе не пришлось никогда идти на сделку с собственной совестью. А также чтобы твоя жизнь сложилась так, как будет лучше для тебя и как ты сам того захочешь. Буду с тобой до конца откровенна - ты заслуживаешь этого куда больше, чем те молодые люди, которых я повидала при дворе. Сколько их там - надутых и амбициозных снаружи и совершенно пустых внутри. И они зовутся лучшими кавалерами, только представь себе. Только потому что натасканы на свод условностей, именующийся придворным этикетом, не появляются второй раз в одном и том же костюме и умеют ездить верхом и держать шпагу. И в то же время для них нет ничего святого. Исключения можно по пальцам пересчитать.

Джейн с наслаждением сняла с головы приколотую шляпку. Сейчас ей так захотелось ощутить себя полностью свободной, что она не удержалась. Так что она наощупь вынула заколки и просто позволила ветру играть своими светлыми волосами.

- Генри! - счастливо крикнула она, - как же хорошо!

Отредактировано Джейн Сеймур (2013-31-12 09:40:51)

0

16

Генри правил коляской и внимательно слушал старшую сестру, которой доверял, как самому себе, и чье мнение ценил и уважал. Тем приятнее ему было услышать ее добрые, ласковые слова. Пусть виделись они теперь нечасто, кровные узы оставались все так же сильны, и это наполняло юношу верой в себя и благодарностью за поддержку.
- Спасибо тебе, дорогая сестрица, - улыбнулся он, на мгновение оборачиваясь к сестре. - Твои советы очень много для меня значат, особенно теперь, когда я должен выбирать свой жизненный путь, бредя будто в тумане и слушая наставления батюшки. И будь уверена: что бы ни случилось с нами дальше, я всегда буду счастлив считаться не только твоим братом, но и другом, а если тебе когда-нибудь потребуется помощь - я сделаю всё, что в моих скромных силах. Ты права, мужчина имеет больше простора, чтобы распоряжаться собой, а от девицы прежде всего ждут одного: выгодного брака и рождения детей. Если уж быть до конца откровенным, я был бы одинаково счастлив, если бы ты вышла замуж за какого-нибудь дворянина или так и осталась простой фрейлиной при дворе. Но твоя судьба сделала просто удивительный поворот, Джейн, и я считаю, что это неспроста. Если Господь и Его Величество избрали тебя на эту роль, значит, ты достойна этого. И я всегда готов поддержать тебя.
Генри услышал ликующий возглас сестры, оборотился и увидел, что та наслаждается ветерком, треплющим ее белокурые волосы. Похоже, ей действительно не хватало простора и беззаботного веселья там, в Лондоне, в королевском замке, пропахшем пылью и интригами. Однако весенний день медленно, но верно клонился к вечеру, приближалось время трапезы, а значит, пора было везти дорогую гостью домой. Генри повернул лошадей по направлению к Вулфхоллу и усмехнулся:
- Прости, сестрица, посещение пруда придется отложить до завтра. Я не хочу, чтобы кто-нибудь пришел в ярость, узнав, что я утомил тебя сельскими прогулками, не дождавшись Великого Ужина в кругу семейства.

+1


Вы здесь » The Tudors / Тюдоры » 1533-1536 » Благие пожелания