The Tudors / Тюдоры

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » The Tudors / Тюдоры » 1509-1533 » Конечно, отрекаются, любя... Чтобы спасти себя... Добра желая... (с)


Конечно, отрекаются, любя... Чтобы спасти себя... Добра желая... (с)

Сообщений 1 страница 23 из 23

1

1522 год.
Пока молодые влюбленные наслаждаются возможностью быть рядом друг с другом, Генрих Тюдор, которому приглянулась молодая фрейлина Анна Болейн, приказывает кардиналу Уолси разорвать ее возможный союз с Генри Перси.
Участники: Анна Болейн, Генри Перси, Генрих VIII, Томас Уолси

0

2

Его рука крепко сжимала талию темноглазой фрейлины, а с губ то и дело слетали нескромные признания, которые произносились томным шепотом в маленькое девичье ушко.

Все произошло столь стремительно. Кажется, совсем недавно был тот самый прием у кардинала Уолси, где Генри и познакомился с только что вернувшийся из Франции молодой фрейлиной Анной Болейн. Он отчетливо помнил их разговор в саду, что он ей обещал тогда. И обещания не были забыты, они, наоборот, согревали изнутри потому, что находили живой отклик у Нее.

Генри Перси мог поклясться, что никогда в жизни женщина не вызывала у него столько эмоций и чувств, как Анна. Хотя, что греха таить, случались у него и мимолетные увлечения, ни говоря уже о том, что он был помолвлен. Впрочем, он никогда не думал о своей невесте, особенно с того момента, когда в его жизнь вошла младшая из дочерей графа Уилтшира. Вернее думал, но совсем не так: теперь он отчаянно желал, чтобы прошлые клятвы и обещания, данные женщине, которую он совсем не знает, были аннулированы.

Музыка стихла, танец подошел к своему завершению, дамы присели перед своими кавалерами в грациозных реверансах, те в свою очередь ответили им изящными поклонами. И когда сие действие закончилось, будущий граф Нортумберленда взял под руку Анну и увел ее за одну из колон. В суматохе, царившей в одной из зал Уйтхолла, вряд ли кем-то это было замечено, только если кто-то специально наблюдал за ними. Но Генри Перси был уверен, что никому нет дела до него и молодой фрейлины королевы. Тем более, когда в зале вновь зазвучала мелодичная музыка и новые пары составили очередной круг танцующих.

-Пока мы танцевали, я заметил с десяток восхищенных взглядов, направленных в твою сторону, и столько же завистливых в мою. Ты покорила английский двор и всех вельмож короля. Я скоро начну ревновать, - одной рукой оперевшись на колонну, Перси склонился к Анне, чувствуя на своей коже ее трепетное теплое дыхание.

Отредактировано Генри Перси (2014-15-01 15:04:13)

+3

3

Анна была счастлива. Да-да, именно счастлива, господа завистники! Она расточала направо и налево улыбки, не ходила по дворцу, а почти бегала, летала, словно за спиной у этой миниатюрной брюнетки выросли крылья. Ее глаза светились, сердце пело и ему с удовольствием вторила душа. Ее звонкий смех эхом разносился везде, где бы она не появилась. С нетерпением и легкой, волнующей дрожью она ждала вечеров, где снова увидит того, кто похитил ее строптивое сердечко.
И вот он здесь, рядом, кружит ее танце, смотрит так, словно каждый раз не может насмотреться, что-то шепчет на ухо, какую-нибудь милую глупость, от которой девушка заливается румянцем и глупо хихикает. Но, в отличие от своего ухажера, который поглощен только нею одной, цепкий взгляд Анны улавливает все, что происходит вокруг. Вот, отец прошел мимо танцующих пар, и прямиком к Норфолку.
Эти двое неразлучны, как влюбленная пара! - мысленно фыркнула Анна, делая очередное па. - Уже бы в обнимку ходили, что-ли.
Но было еще нечто, что настораживало молоденькую Болейн. Она снова метнула взгляд туда, где на возвышении сидел король. Отчего-то внутри все переворачивалось лишь от одного взгляда на этого властного монарха. Рядом с королем неизменно маячила фигура в красном кардинальском облачении.
Но вот музыка стихла и Перси увлек Анну за одну из громадных колон. Она прислонилась к прохладному мрамору спиной и подняла глаза на своего возлюбленного. Сейчас не хотелось думать ни о чем на свете! Даже о том, что отец все еще лелеет надежду на свадьбу Анны с лордом Баттлером.
- Ревность  в малых дозах даже полезна для любви. Главное, меру знать. - подмигнув, ответила девушка, невольно потянувшись вперед. Его глаза сейчас утопали в ее, словно соединялись воедино.
- Генри, - вдруг нахмурившись, произнесла Анна. - А ты давно знаешь кардинала Уолси?
Она понимала, что ее вопрос неожиданный, даже очень, но ничего поделать с собой не могла. Чувство тревоги никуда не уходило.

Отредактировано Анна Болейн (2014-16-01 12:37:56)

+3

4

Музыка все не стихала, слышался стук каблуков, шелест подолов и негромкий смех прелестниц заполнивших дворцовые залы. Король внимательно оглядывал гостей, и никак не мог унять колотившегося сердца. Ему не было понятно собственное настроение, то ли он рад, то ли рассержен. Взгляд Его Величества то и дело останавливался на юной фрейлине его супруги. Тонкая, изящная брюнетка кружилась в танце с каким-то юнцом. Ее взгляды, ее улыбка, плавность движений, их легкость, сводили Генриха с ума. Она была определенно отрадой его глазам, но то и дело закрывающий такой сладкий взору вид, кавалер фрейлины, заставлял Генриха все крепче сжимать кулаки и все сильнее, заочно ненавидеть этого дворянина.
-Кардинал, - позвал он не громко, и упершись о подлокотник спросил, не отрывая взгляда от веселящейся пары. - Кто составляет такую нескромную компанию юной госпоже Болейн?
Музыка стихла и юноша без тени смущения подхватил разрумянившуюся от танца девушку, увлекая за собой из зала, подальше от любопытных глаз и к огромной досаде своего короля.

+2

5

Танцующие пары. Молодые, беззаботные кавалеры и их дамы. Уолси смотрел на них с пренебрежительной улыбкой на лице, словно сверху вниз. Вот так: пока кто-то веселится, кто-то - управляет королевством, вершит судьбы, изменяет историю. Кардинал без сомнений относил себя к последним. Наверное, было бы хорошо хотя бы на один день поменяться местами с кем-то из этих юношей, что сжимают в своих руках хрупкие изящные станы, склоняются к девичьим маленьким ушкам, что-то шепчут и вызывают тем самым на личиках своих партнерш непрошеный, смущенный румянец. Но это было невозможно. И не только потому, что нельзя повернуть время вспять и вновь стать молодым, но и потому, что кардинал был совсем иным человеком, ставящим свои долг и дела превыше любых развлечений.
Кстати об этом, до слуха Томаса донесся голос короля, и архиепископ Йорский проследил за взглядом Его Величества. Конечно, Генри Перси, который был у него на службе, Уолси сразу узнал. Хороший малый. Исполнительный, подающий большие надежды. Дама, танцующая с ним, осталась в сознании просто красивым личиком, которое он пару раз видел при дворе. И если бы Генрих Тюдор не назвал ее имени, Томас вряд ли бы сам вспомнил, кто же эта особа.
«Анна Болейн – дочь графа Уилтшира, племянница Норфолка, черт бы его побрал, и сестрица королевской любовницы. Как же ее там зовут?.. Ах, да, Мария. И отчего Его Величество тянет на дам именно из этой семьи? Ей Богу, так они обзаведутся чересчур большим влиянием. А впрочем, любую любовницу рано или поздно забывают, а вместе с ней забудется и ее семья»
-Это Генри Перси, Ваше Величество, сын графа Нортумберленда. Он служит у меня. Весьма неплохо и подает большие надежды.
Когда танец закончился, молодой человек увел даму за одну из колон.
«Не вовремя, Генри, совсем не вовремя»
-Перси помолвлен с дочерью графа Шрусбери. Но мне известно, что он хочет расторгнуть эту помолвку, чтобы жениться на мадемуазель Болейн.
«И Вас, конечно, это не остановит, Ваше Величество,» - мысленно усмехнулся кардинал, который, впрочем, никогда не осуждал прихоти и увлечения своего короля. Это к лучшему, что король проводит время с молоденькими фрейлинами, а не со своей женой, которая не упустит не единого шанса попытаться настроить своего венценосного супруга против лорд-канцлера.

Отредактировано Кардинал Уолси (2014-19-01 01:07:25)

+4

6

«Уолси?» - Перси опешил, услышав в такой момент из уст возлюбленной имя кардинала. Ну, право, какое ей может быть дело до лорд-канцлера? Нет, Генри ни в коем случае не умилял достоинств Анны, к которым без сомнений относился и недюжинный ум, что в общем-то, по мнению будущего графа, было редкостью для женщин. Но сам он не понимал, чем вдруг старый кардинал мог вызвать интерес у девушки, которая еще минуту назад тянулась к нему, и он уже хотел склонить голову, чтобы поцеловать эти манящие женские губы.
-Да, достаточно… - неуверенно начал Генри, немного отстранившись от Анны. – Отец отправил меня служить к нему еще в раннем детстве, и Его Преосвященство, кажется, весьма расположен ко мне. А почему ты спрашиваешь?
Перси улыбнулся молодой фрейлине и, взяв ее тонкие пальчики в свои ладони, нежно сжал их.
-Я не думал, что мы с тобой будем говорить о кардинале в такой момент. Честно говоря, я не хочу сегодня говорить о нем, или о ком-то еще. Только о нас, Анна, только о нас.

Отредактировано Генри Перси (2014-19-01 11:03:55)

+2

7

- Да, конечно, - слегка растерянно произнесла Анна, все еще находясь во власти непонятного ей волнения.
Но когда она снова подняла глаза на Генри и почувствовала, как он легко и нежно сжал ее пальцы, плохие мысли и предчувствия вылетели из ее головы моментально.
- Хорошо, - кивнув и улыбнувшись, сказала девушка. - Давайте говорить о нас, милорд Перси. Итак?
Она все еще улыбалась, но в ее глазах застыл вопрос. Если по поводу ее помолвки все было неточно и туманно, то вопрос Генри был решен вот уже несколько лет назад. Анна ни разу не встречалась с будущей женой ее возлюбленного, но уже заочно питала к ней самые негативные чувства. Она не собиралась никому уступать свою любовь и, если понадобится, готова была бороться хоть со всем миром - ни Бог, ни кардинал, ни все небесное воинство не способны были бы остановить эту девушку.
- Ты уже говорил со своим отцом, Генри?
Сейчас ее выражение лица было куда более серьезным, чем какую-то минуту назад.

+2

8

Внимая каждому слову кардинала, король с жадностью выискивал в толпе, сбежавшую парочку. Перед глазами все еще проплывали темные пряди, нежно обвивающие тонкую шею юной красавицы, тугие рукава оплетающие хрупкие запястья. И глаза...глаза чаровницы, глаза чудеснейшего создания, которое трудно было назвать просто "человеком". Он снова и снова прокручивал в памяти ее движения, взгляды, едва слышный в этом шуме праздника, звонкий смех, а кулаки сжимались все крепче и сердце билось все сильнее от последних слов Томаса "...чтобы жениться на мадемуазель Болейн."
-Черта с два тебе это удастся,- процедил король еле слышно и щелкнув костяшками пальцев, перевел свой сосредоточенный взгляд на кардинала,- Этого не должно случиться. Ты понимаешь меня Томас? -он помолчал переводя дух, и уже более спокойно продолжил, откидываясь на спинку стула.-Эта девушка достойна лучшей партии. Какой именно, я решу, когда придет время.
Сердце взыграло по новой и улыбнувшись своим мечтаниям, король вновь принялся наслаждаться весельем царящим вокруг.

+1

9

Сложно было бы не понять Тюдора и его намерений – он возжелал мадемуазель Болейн, и уже ничто не будет ему помехой. Хотя было немного странно, что короля так взволновало наличие возможного жениха у той, которую он собирался сделать очередной своей любовницей. Ведь не смутило же Генриха наличие супруга у Мэри Болейн, а ведь лорд Кэри был одним из самых близких придворных монарха, и такой пассаж выглядел даже как неблагодарность со стороны короля к человеку, который столько лет служим ему, как говорится, верой и правдой. Так почему же ему столь важно, чтобы младшая сестра Марии досталась ему незамужней девицей?
А впрочем, есть ли разница? Кто поймет, что творится в голове короля. Томасу казалось, что Генрих порой и сам не может разобраться в своих мыслях и желаниях. А его, кардинала, дело маленькое: исполнять эти самые монаршие желания, не задавая лишних вопросов.
-Конечно, Ваше Величество, я все устрою. Генри Перси, как я говорил, уже помолвлен. Негоже более заставлять молодую невесту ждать свадьбы, пора ему уже исполнить данные им клятвы.
Мягкая улыбка коснулась губ мужчины, он низко поклонился королю и медленно отошел от него. Еще один взгляд в сторону танцующих пар. Генри с Анной так и не появились. Может и хорошо это. Пусть наслаждаются обществом друг друга, пока это еще возможно. Кардинал не был жестоким и равнодушным человеком. Ему искренни было жаль Генри. Он желал этому молодому человеку счастливого будущего, и был бы рад за него, если бы тот женился на столь полюбившейся ему Анне Болейн. Но куда важнее было исполнить волю короля. И если ради этого придется так бесчестно поступить с Перси – что ж, у всего есть своя цена. И эта была не самая большая за то, что Уолси оставался на вершине власти.
Покинув залу, Томас тут же направился в свой кабинет, чтобы написать несколько писем. Графу Нортумберленду, графу Шрусбери и… юной мадемуазель Болейн с просьбой явиться к нему через несколько дней, чтобы молодая фрейлина поняла, что ее ждет в ближайшее время. Слишком большая честь, конечно, для столь незначительной особы, но лорд-канцлер посчитал своим моральным долгом все самому объяснить Анне, раз уж он приложит руку к тому, чтобы разлучить ее с возлюбленным.

+3

10

Из уст возлюбленной последовал вполне ожидаемый вопрос. И даже обсуждение Его Преосвященства могло показаться вдруг привлекательнее, нежели разговор о помолвке с Марией Шрусбери.
-Да, пытался, - неуверенно ответил Генри, опустив глаза. Он действительно говорил со своим отцом. И тому идея породниться с семьей столь близкой к герцогу Норфолку не показалась глупой затеей. Наоборот, возможность стать не последним человеком для могущественного и влиятельного Томаса Говарда была весьма заманчива. Но разорвать помолвку с Шрусберами граф Нортумберленда тут же не поспешил. Ведь Анна все же всего лишь племянница Норфолка, вот если бы была возможность женить сына на дочери Говарда… А так, кто знает, может герцог и не обратит внимания на столь дальнего родственника. А союз с графом Шрусбери был тоже весьма выгоден, особенно с финансовой стороны. Зачем рушить то, что точно принесет выгоду, ради того, что покрыто будет занавесей тайны и неопределенности и неизвестно, чем в итоге окажется? В общем молодой Перси не получил никакого конкретного ответа от своего отца. И думал, как действовать дальше, и думы эти, конечно, всегда приводили к персоне кардинала Уолси.
-Он тянет с ответом, - продолжил Генри, посмотрев вновь на Анну. – Но я знаю, как нужно поступить. Я поговорю с кардиналом, уверен, он сможет помочь мне разорвать эту помолвку.
Притянув к себе Анну, Перси коснулся ее губ нежным поцелуем и шепотом добавил:
-Не волнуйся, любимая, я сделаю все возможное, чтобы избавить себя от этой помолвки и жениться на тебе.
Музыканты заиграла с новой силой, и Генри потянул Анну обратно в залу, чтобы закружить в очередном танце. И все же, он был уверен, что волноваться им почти не о чем, еще не много – и они смогут соединить свои жизни святыми узами, чтобы никогда не разлучаться.

+1

11

Через несколько дней после того, как Анна провела чудесный вечер в компании своего возлюбленного, она обнаружила в своей комнатушке для фрейлин, которую делила вместе с сестрой, записку. И не просто записку, а от самого кардинала. Сердце девушки сначала замерло, но затем пустилось вскачь. Строчки расплывались перед глазами, кровь прилила к лицу, в ушах зашумело. Анна дышала быстро, словно боялась задохнуться. Холод сковал ее внутренности, страх парализовал тело. Предчувствие беды, которое казалось отступило, вернулось с новой силой и обрушилось на впечатлительную девушку с невероятной мощью. Она растерянно обвела комнату взглядом, пытаясь обнаружить в ней Мэри, хотя и знала, что сестра сейчас находится в покоях короля. Пару раз беспомощно моргнув, спрятав записку в карман платья, она направилась навстречу своей судьбе.

Дойдя до кабинета Уолси, Анна остановилась, втянула воздух и ущипнула себя за щеки, ибо знала, что сейчас бледна на столько, что в гроб краше кладут. За окном шумел дождь и завывал грустную песню ветер. Сказав пажу, чтобы тот доложил о ее приходе кардиналу, осталась стоять перед закрытой дверью, не решаясь в нее войти.

+1

12

Паж, доложившей о приходе Анны Болейн, тут же был отправлен назад за дверь, чтобы провести в кабинет к лорд-канцлеру фрейлину. Ожидая пока молодая особа появится в кабинете, кардинал, окинув несколько бумаг беглым взглядом, убрал их на край стола, поправил распятие на груди и устремил взгляд туда, где через мгновение должна была появиться хрупкая невысокая брюнетка, что так неожиданно приглянулась королю Англии.
Новое увлечение короля выглядело несколько нетипичным для Генриха. И Бесси Блаунт и Мэри Болейн – наверное, самые известные фаворитки монарха – были похожи. Чувственные красивые блондинки с большими голубыми глазами и светлой кожей. Анна же, черноволосая, с темными глазами и сравнительно смуглой кожей, заметно отличалась от вышеназванных дам. Не то чтобы Томасу было особое дело до того, как выглядит девушка, которая ночами будет украшать спальню короля, но все же было трудно не заметить, что мадемуазель Болейн, не отличающаяся той классической красотой, которую так ценят мужчины в этот век, вдруг вскружила голову стольким господам, включая и английского правителя. Что же в ней такого особого, что Генри Перси, когда ему сообщили о том, что ему придется оставить мысли о свадьбе с Анной и жениться на дочери графа Шрусбери едва ли не рыдал и бился в истерике? Впрочем, он все равно покорился воле отца и кардинала, когда узнал об истинных причинах такого решения, ибо королю Англии и его желаниям никто не смеет перечить.
А вот в кабинете появилась Анна, и кардинал встретил девушку мягкой сердечной улыбкой, но достаточно было бы посмотреть в его глазах, чтобы понять – улыбка, которая на первый взгляд столь искренна, была лишь учтивой маской. В глазах почти полное равнодушие, не считая совсем легкого почти незаметного интереса, вспыхнувшего искорками, и тут же погасшего. В конце концов, сколько их, молодых привлекательных фрейлин Екатерины Арагонской, прошло через спальню Его Величества, чтобы каждой из них уделять пристальное внимание? Анна явно удостаивалась много большего, в отличие от своих предшественниц, которых архиепископ обычно вообще не замечал.
-Мадемуазель Болейн, рад, что вы так скоро откликнулись на мою просьбу, - фальшь и не более, кто посмеет не явиться в кабинет к лорд-канцлеру, когда он тебя хочет немедля видеть? – Присаживайтесь, - учтивый кивок на стул, что стоял перед его рабочим столом. – Не желаете ли вина?

Отредактировано Кардинал Уолси (2014-15-02 13:01:30)

+2

13

Расправив плечи, пытаясь сохранять невозмутимость, украсив лицо милой улыбкой, она вошла в кабинет кардинала. Внутри все сжималось и переворачивалось, ноги стали ватными, сердце забыло, что должно биться и гонять кровь. Но внешне - сплошное спокойствие и доброжелательность.
- Милорд, - прошелестела Анна, присев в реверансе.
Девушка присела на любезно предложенный ей стул, но вежливо отказалась от вина, хотя в горле и пересохло. Темные глаза Анны пристально следили за всеми движениями Уолси. Она старалась прочесть по его лицу- для чего же нужно было вызывать ее сюда, но тщетно. За долгие годы при дворе этот человек научился скрывать свои истинные мотивы. Как и она, в прочем.  Но, как бы там ни было, догадка и подозрения уже зародились в ее голове и она лишь ожидала, когда же они подтвердятся.
Анна молчала, давая возможность кардиналу первому начать сей разговор. Мысли в голове проносились с бешеной скоростью. Она знала что Генри служит у Уолси, знала, что он на хорошем счету. Так же она смогла узнать, что именно кардинал приложил руку к помолвке ее возлюбленного с Мэри Тальбот. И вот, когда практически весь двор обсуждает возможность семейства Болейн породниться с Нортумберлендами, когда на глазах у всех разворачивается бурный и стремительный роман двоих влюбленных, ее вызывает к себе человек, которого без лишней скромности и преувеличения называют самым влиятельным в королевстве. После короля, разумеется.
Вывод напрашивался сам собой.

+2

14

В кабинете появилась молоденькая темноволосая дама, опустившаяся в реверансе перед лорд-канцлером, а затем присевшая на предложенное место. Уолси внимательно наблюдал за движениями Анны. Изящные, легкие, грациозные. Прибавьте к этому пусть необычную, но яркую и запоминающуюся внешность. Чего стоили только эти глаза, черные как непроглядная ночь, и густые волосы цвета воронова крыла. Если до этого кардинал не обращал на девушку особого внимания и поэтому немного дивился неожиданному вниманию к ее персоне, то сейчас, имея возможность, не таясь, рассматривать ее, он определенно уже понимал, почему и Перси, и Тюдор воспылали желанием обладать этой женщиной.
Леди Болейн была молчалива и не стремилась узнать, зачем же ее вызвал к себе архиепископ. Очевидно, ждала, когда Уолси сам заговорит первый. Что же. Ему было совсем несложно начать этот, как ему казалось, короткий разговор о недалеком будущем, подстерегавшем фрейлину Ее Величества.
-Леди Анна, - хотя может и не так просто, как казалось сначала. Последовала непродолжительная пауза, скрашенная пренебрежительной улыбкой. – Не буду томить Вас. Дело в том, что Его Величеству стало известно о том, что сын графа Нортумберленда хотел жениться на Вас. Вы, как девушка, безусловно, неглупая должны понимать, что свадьба столь знатного человека дело не только личное, семейное, но и государственное. Поэтому, ваш союз не был одобрен Его Величеством. Генри Перси уже был ранее помолвлен, и наш король справедливо счел, что будет бесчестно разрывать эту помолвку. Не столь давно я разговаривал с Генри. Он женится на Марии Тальбот.

Отредактировано Кардинал Уолси (2014-21-02 16:08:07)

+1

15

Слова кардинала, сказанные так просто, вполне обыденным, вроде бы ничего не значащим тоном, впивались в сердце девушки, словно раскаленные иглы. Боль была острой и обжигающей. На какое-то мгновение ей показалось, что сердце вот-вот остановится, а потом разорвется. Ее дыхание участилось, глаза возмущенно блеснули в отблесках свечей.
Анна смотрела на Уолси так, словно видит его впервые. Цепкий взгляд Болейн впился в лицо кардинала.
- Я не понимаю... - ошеломленно произнесла Анна. - Его величество против нашей свадьбы? - охрипшим голосом, все еще не веря, все еще пытаясь осознать, переспросила она.
Она же чувствовала! В тот вечер, когда они танцевали, она видела его взгляд, каждой клеточкой своего естества она тогда ощутила опасность. И боялась... Все это время она боялась, что ее предчувствия не просто плод разыгравшегося воображения. Но Генри... Он убеждал, успокаивал... Генри...
Господи! Что он сказал?! Перси согласился жениться на этой Мэри Тальбот?!
Анна сглотнула подступивший к горлу ком и опустила лицо. Ей нужно время. Нужно прийти в себя.
Не сейчас. Не смей. Только не здесь.
Втянув воздух в легкие, сжав руки в кулаки так, что ногти больно впились в нежную кожу ладоней, она наконец снова посмотрела на Уолси.
- Я вам не верю, - холодно заявила Болейн, глядя прямо в глаза кардиналу.
Конечно, она лукавила. Несомненно, она понимала, что не будь Уолси так уверен в своих словах, вряд ли бы вообще звал ее сюда. Но признать это вот так просто? Нет! Невозможно вот так взять и принять предательство любимого человека. Невозможно!

+1

16

Не то чтобы реакция фрейлины была неожиданной. Кто бы смог спокойно принять новость о невозможности быть с возлюбленным? Более того – новость о предательстве этого самого возлюбленного. Ведь наверняка Перси давал обещание Анне жениться лишь на ней и клялся, что никогда не возьмет в жены дочь графа Шрусбери. И все-таки что-то на мгновение насторожило лорд-канцлера, когда Анна подняла свой холодный взгляд на него. Неуверенные вопросы, негодование и недопонимание резко сменились дерзким «я вам не верю».
-Леди Болейн, зачем мне Вас обманывать?
Но это странное сомнение по поводу заурядности ситуации было тут же отогнано кардиналом как назойливая мушка. Очередная фрейлина, понравившаяся королю. Очередная история о том, как это стало причиной чей-то разбитой жизни. Сколько раз уже так было? Да в той же семье Болейн: Уильям Кэрри же согласился носить рога, наставленные ему женой с самим Генрихом Тюдором. Анна подобный позор своему супругу, если бы Перси им стал, не принесет, так лучше бы радовалась, чем пыталась сейчас взглядом испепелить того, кто, в общем-то, и не причем.
-Я позволю себе дать Вам небольшой совет, - снисходительно произнес Томас, думая, что уже слишком много уделяет времени этой фрейлине. У лорд-канцлера были дела куда важнее увлечений своего монарха. Но так уж и быть, из сострадания к этой очаровательной молоденькой девушке кардинал снизошел до вполне искреннего желания помочь Анне не усугублять и без того непростую для нее (а для кардинала вполне обычную) ситуацию. – Не стоит противиться Судьбе, когда она уже решена. Вы не сможете стать женой Генри Перси, но, если Вы окажетесь весьма благоразумны, то сможете получить гораздо большее, чем место будущей графини Нортумберденда. Вы удивлялись тому, что Его Величество оказался против этого союза? Я Вам подскажу почему: он посчитал, что Вы достойны большего. Гораздо большего. Того, что не в силах дать этот неотесанный Генри Перси, но зато может позволить себе английский король. Вы понимаете, что я имею в виду?

+2

17

Ветер за окном усилился. Он завывал, словно зверь, попавший в капкан. Деревья, раскачивающиеся в такт его печальной песне, сейчас походили на огромных чудищ. Анна смотрела в одно из окон личного кабинета кардинала. Его совет она выслушала совершенно молча, не глядя на него. Внутри поселилось совершенно неизвестное до селе ощущение - пустота. Гнев немного утих, уступая место разочарованию и бессилию. Сердце уже не колотилось, дышать стало легче, но отчего-то больнее. Перед глазами на какое-то мгновение все стало размытым, нечетким. Но это длилось меньше минуты. Она быстро взяла себя в руки. Ей пришлось, в очередной раз строго себе напомнив, что здесь не то место, где можно дать волю чувствам.
Мигрень словно тисками сжала виски и девушка едва не вскрикнула от острой боли. Но сейчас эта боль не шла ни в какое сравнение с той, что разрывала ее изнутри. Понимала ли она то, что ей сказала Уолси? Анна повернула  к нему свое лицо с застывшим, ничего не выражающим взглядом. Какое-то время она просто смотрела на него. Мыслей в голове не было. Казалось, теперь она вся пуста.
- Я не стану его любовницей, - наконец произнесла Болейн. Ее голос звучал сухо, но невероятно твердо и решительно. Она не сводила глаз с лица кардинала. Упрямо поджатые губы, холодный взгляд, дерзко поднятый подбородок. - Можете передать его величеству, что вы не справились со своей задачей. Убедить меня вам не удастся. А по поводу Перси... Пусть он сам придет и, глядя мне в глаза скажет, что предает все то, что между нами было. Тогда я поверю. А до тех пор я не сдвинусь с этого места. 

Отредактировано Анна Болейн (2014-03-03 15:17:14)

+3

18

«Этого еще не хватало!»
Кардинал начинал злиться. Разорвать возможный союз? Заставить молодого вельможу жениться и оставить в покое девицу, приглянувшуюся королю? Объяснить это самой девице, что ей предстоит? Ладно, пусть так. Уолси понимал, что никому другому король не могут поручить подобное. Но выслушивать капризы фрейлины и наблюдать у себя в кабинете ее недовольное лицо с упрямо поджатыми губами? Нет уж, увольте. Выслушивать претензии и… что это было? Она требует, чтобы он привел к ней Перси? Глупая девчонка, возомнившая о себе слишком много, кажется, забыла, кто перед ней!
-Мадемуазель Болейн, - сдержанно произнес лорд-канцлер, демонстративно опустив свой взгляд на исписанный лист бумаги, который неожиданно оказался в его руках. – Боюсь, Вам бы пришлось слишком долго ждать… если бы я Вам позволил остаться в своем кабинете. Генри Перси занят приготовлениями к свадьбе, которая состоится в ближайшие дни. И у него не найдется лишнего времени, чтобы лично сообщить Вам о своей предстоящей женитьбе. Так что Вам придется довольствоваться лишь тем, что сказал Вам я. А что касается короля, - холодный совершенно безразличный взгляд Томаса снова остановился на лице Анны. – Я не буду Вас ни в чем убеждать. Ведь ни Вы, ни я, ничего не решаем. Вы сделаете то, что пожелает Его Величество. И если ему хочется видеть Вас своей любовницей - смиритесь. Как это сделала Ваша сестра.
Теперь уже Уолси был не намерен проявлять участие и понимание. Дерзость фрейлины вызвала в нем желание побыстрее избавить свои глаза от созерцания этой черноокой девушки.
-У Вас, наверняка, есть обязанности перед Ее Величеством, которыми Вы не можете пренебрегать. Так что не смею Вас более задерживать. Идите.

+2

19

- Нет, - резко мотнув головой, произнесла Анна. - Этого не может быть! Просто не может быть.
Она снова опустила лицо и вперилась глазами в пол. Мысли отчаянно заметались в голове, стараясь найти нужный выход. Но его не было. Она совершенно не знала, как поступить. Влюбленная девушка отказывалась верить в то, что молодой человек, который еще пару дней назад клялся ей в любви, теперь готовится соединить свою жизнь с другой. Анна была уверена, что Перси любит ее. Любит не просто на словах, а по-настоящему, искренне и так же горячо, как и она его. Значит... Значит его заставили. Запугали королевским гневом или еще чем-то. И только один человек мог теперь помочь двоим влюбленным.
Болейн резко вскинула голову. Моментально она вскочила со стула и подбежала к Уолси. Анна присела перед ним, дрожащими руками взяла подол его кардинальского платья и поднесла к губам.
- Я прошу вас, - пробормотала Анна. - Я молю вас - помогите нам!
Девушка подняла глаза к Уолси. По ее щекам стекали слезы, оставляя влажные дорожки. Пальцы все еще судорожно сжимали алую ткань.
- Вы единственный человек, кто может нам помочь. Я знаю - это в ваших силах, милорд! Король прислушивается к вам, он дорожит вашим мнением. Я не хочу становится его очередной любовницей. Не хочу рожать ему бастардов. Я лишь хочу выйти замуж за любимого человека и быть счастливой. Не говорите, что я много прошу! Это ложь!
Рука девушки потянулась вверх, вцепилась в руку Уолси и в тоже мгновение Анна прикоснулась губами к его перстню.

+2

20

Обескураженный поведением девушки кардинал смотрел на Анну удивленным взглядом, не прерывая ее речь. Да и после того, как она перестала говорить, Томас еще с минуту сидел молча, просто смотря на черноволосую голову, склонившуюся над его рукой.
На самом деле ему не впервой было видеть перед собой молящего о чем-либо человека. Люди были уверены, что кардинал Уолси всесилен. Кто-то даже не боялся порой бросить фразу, что он и есть истинный английский король. А Генрих Тюдор лишь носит корону, в то время как его лорд-канцлер управляет делами государства. Были ли они правы? Может, отчасти. Томас действительно играл огромную роль в управлении королевством. Пожалуй, если бы не он, то Англию постигло бы много бед. Но нельзя все же было опускать короля до безвольной игрушки в руках у архиепископа Йоркского. Сильный, властный характер Генриха VIII никто не отменял. Он был львом. Молодым, энергичным львом, который, если хватал свою жертву, то уже не выпускал из цепких лап. И теперь этому льву хотелось непременно заполучить младшую сестру своей златовласой фаворитки. И даже если бы Томасу хотелось помочь Анне Болейн, едва ли он смог бы что-то предпринять. Король прислушается к нему в любом вопросе, касаемо политики. Да, тут Томас незаменим, его мнение – решающее. Но в делах альковных государь явно ни к кому прислушиваться не станет.
-Поднимитесь, мадемуазель. Вы явно преувеличиваете мои возможности. Я, как и все английские подданные, всего лишь верный слуга Его Величества и выполняю то, что он желает, - кардиналу оставалось только с жалостью улыбнуться девушке и мягко убрать свою руку от ее искаженного горем прелестного личика. - Я не могу сделать то, о чем Вы меня просите. Единственное, что в моих силах, это призвать Вас к благоразумию. Я повторюсь, посоветовав Вам не противиться Судьбе и воле нашего короля. В конце концов, Вы не единственная, кому… выпала подобная честь – скрашивать часы одиночества Его Величеству. Примите это как подарок судьбы, а не как наказание. Уверен, тогда в скором времени Вы сможете забыть эту неприятную ситуацию с милордом Перси и будете счастливы тем, что наш король обратил свое внимание именно на Вас.

+1

21

Анна едва заметно вздрогнула. На нее внезапно с силой накатила тошнота. Ком в горле мешал дышать. Судорожно вздохнув, чтобы глотнуть немного воздуха, девушка стала медленно подниматься. Сейчас она отказывалась даже думать о том унижении, на которое пошла ради спасения своей любви. Любви, которую хотят растоптать и выбросить в помойную яму вместе с другими отбросами.
Перси готов отступиться от нее, лишь бы сохранить положение при дворе и отцовское наследство. В том, что его запугали именно этим, Анна не сомневалась. Уолси умел убеждать. Когда хотел, разумеется. В данный момент помочь влюбленной фрейлине было не в его интересах. Наверное, и отец здесь тоже отметился, все еще надеясь выдать свою дочь за лорда Баттлера.
Анна мрачно усмехнулась своим мыслям, старательно пряча глаза от кардинала. Ее сердце с силой сжалось и замерло. В данную минуту она буквально ощущала, как оно разлетается на осколки внутри нее. Эти осколки были настолько острыми, что безжалостно резали края ее души.
Она простояла молчала, не шелохнувшись, наверное, несколько минут. Гнев внутри нее набирал силу. Сейчас ей казалось, что она сама превращается в ураган, готовый смести всех и каждого, кто осмелился разбить ее жизни на части.
А осколки все ранили... Все больнее...
- Вы хоть понимаете, какого врага сейчас себе нажили? - повернувшись к Уолси, произнесла Болейн. Ее слова в гнетущей тишине прозвучали как некое подобие пророчества.
Она неотрывно сверлила кардинала черными, как самая безлунная ночь, глазами. На губах внезапно появилась улыбка, однако сейчас она больше напоминала оскал волчицы, загнанной охотниками в тупик.
- Я не стану его любовницей. Так и передайте! Чтобы уложить меня в постель, ему придется перевернуть всю Англию с ног на голову! Не ранее.
Понимала ли Анна, что сейчас говорит с самым влиятельным и могущественным человеком при дворе? Осознавала ли она, что говорит ему о короле? При чем делает это в весьма грубой и пренебрежительной форме, что само по себе являлось преступлением?
Все, на чем сейчас была сосредоточена эта девушка - боль, которая терзала так сильно, что хотелось кричать до хрипоты. И лишь одному Богу известно, что останавливало ее от того, чтобы оставить отпечаток своей руки на слащавом лице лорд-канцлера королевства.

Отредактировано Анна Болейн (2014-20-03 00:43:36)

+4

22

«Врага?»
Томас не стал скрывать снисходительной улыбки, которая появилась на его лице в тот момент, когда мадемуазель Болейн произнесла это слово. Право, сколько уже врагов при дворе у него было? Да вся английская знать недолюбливала кардинала только за то, что выскочка из народа вдруг оказался несправедливо, по мнению большинства, обласкан Его Величеством. Сын мясника вдруг оказался самым близким к королю человеком. А такие честолюбцы как герцог Норфолк и его родственник, Томас Болейн, и вовсе ненавидели Уолси, наверняка лелея мечту однажды устранить кардинала и самим занять место первых советников Его Величества, получая все блага, которые только могло посулить приближение к венценосной особе Генриха Тюдора. И если уж архиепископ Йорский мог быть уверенным, что мечта этих людей уж точно не осуществиться в ближайшее время, так с чего бы ему вдруг испугаться миниатюрной брюнетки, которая стояла сейчас у него в кабинете и буквально испепеляла взглядом своих черных глаз?
Все ее слова были восприняты как капризы, дерзость, обида, да все что угодно, но только ни как серьезная угроза его будущему. Томас Уолси ни за что не поверил бы, что у простой фрейлины может получится что-то сделать против него. Не будем забегать вперед, и сокрушаться об опрометчивости такого пренебрежения Леди Анной. Едва ли на его месте кто-то иной воспринял бы ее как-то иначе.
-Уверен, у Вас, мадемуазель, будет шанс самой лично ему все это сказать, - «если осмелитесь дерзить королю так же, как мне. Говарды! Сколько в них спеси. Она явно унаследовала это от своего дядюшки». – Его Величество дал ясно понять, что не заставит себя долго ждать и в скором времени лично выразить Вам свое желание… проводить время в Вашем обществе, Леди Болейн.
Вновь выразительный взгляд, предназначенный дать понять, что не хочет более тратить времени на этот бессмысленный разговор. И почему он не отправил ее восвояси сразу, как только сказал все, что желал? А еще лучше было бы вообще не вмешиваться. Пусть бы Томас Болейн, этот интриган, так легко торгующий своими дочками, сам бы все ей объяснил.

Отредактировано Кардинал Уолси (2014-25-03 17:59:36)

+1

23

Мигрень усилилась. Боль стала просто невыносимой. На мгновение ей показалось, что еще немного - и она рухнет прямо здесь, подле ног Уолси. Неимоверным усилием воли девушка заставила себя держаться из последних сил. Анна прикрыла глаза и резко выдохнула, словно выгоняла лишний воздух из своих легких. Мир кружился вокруг нее.
Презрительная улыбка кардинала, его снисходительный тон, словно он сейчас разговаривал с маленьким ребенком или сумасшедшей... Это бесило Анну еще больше, чем нежданно нагрянувшее недомогание. Мысли, не дающие покоя, причиняли еще большую боль и ей безумно хотелось забиться в темный угол, обхватить голову руками и стонать. А еще можно было бы поплакать. Да так сильно, чтобы уснуть на заре из-за того, что просто лишилась сил реветь дальше. А потом проснуться и узнать, что все происходящее сейчас просто кошмар, не более. Да! Пусть ей все это приснится! пусть завтра наступит утро и этот вечер она будет вспоминать с облегчением - это просто плохой сон и он уже прошел. Пусть все будет как прежде.
Только вот в затуманенное болью сознание Анны хитро проскальзывало понимание того, что это очередные мечты, не имеющие право на осуществление.
Девушка открыла глаза и снова уперлась взглядом в холеное лицо Уолси. Реальность была и остается. Проглотив подступающий к горлу ком и ощутив противную горечь во рту, Анна, плохо что-либо осознавая, приблизилась к кардиналу почти вплотную. Ее черные глаза внимательно ощупывали каждый миллиметр его лица.
- Настанет день, - прошептала Болейн, - и вы вспомните этот разговор и меня, простую фрейлину королевы.
Ненависть. Чувство ужасное, пагубное и пожирающее изнутри, зарождалось в душе Анны. Теперь она готова была отдаться ему во власть, позволить ему захватить ее всю, без остатка. Любовь у нее отняли, оставив зияющую дыру внутри. Так пусть же ненависть теперь заполнит эту пустоту и наполнит ее жизнь хоть каким-то смыслом. Ибо как быть далее, она просто не ведала.
- Когда мы засыпаем в объятиях покоя, тогда-то судьба и наносит нам смертельные удары.
Не присев в реверансе, даже более не взглянув на кардинала, Анна Болейн покинула его кабинет, чтобы через несколько лет вернуться и воплотить в жизнь свою угрозу.

+1


Вы здесь » The Tudors / Тюдоры » 1509-1533 » Конечно, отрекаются, любя... Чтобы спасти себя... Добра желая... (с)